Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

В кризисе юридической науки во многом виноваты сами учёные
Интервью с доктором юридических наук, профессором, заслуженным юристом Российской Федерации Николаем Александровичем Власенко

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Философская психология и метафизика (постановка проблемы)
Научные статьи
21.09.16 16:45

Философская психология и метафизика (постановка проблемы)

ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ
Бондаренко В. Н.
3 94 2016
В статье ставится проблема взаимосвязи философской психологии и метафизики с целью дальнейшего постижения их места и роли в системе философского и иных форм человеческого знания, в процессах развития последнего. Намечаются главные формы взаимодействия философской психологии и метафизики, к которым относятся: философские, психологические и мировоззренческие.

Проблема взаимосвязи философской психологии и мета­физики является весьма актуальной не только в современной философии, но и в различных направлениях развития психо­логии в нашу переходную эпоху, которая охватила практиче­ски все культуры и цивилизации современности. Человечество ищет свои новые пути, в том числе научные, философские и духовные. Одной из форм взаимодействия отмеченных путей являются отношения между философской психологией и ме­тафизикой. Эти отношения очень многообразны. Среди них можно выделить главные связи, к которым целесообразно от­нести философские, психологические и мировоззренческие.

Эти связи между философской психологией и метафизи­кой прослеживаются в рамках как линейной (вертикальной), так и нелинейной (горизонтальной) логики, выражая собой и различия в историческом, региональном и культурно-соци­альном аспектах. Философские отношения между ними име­ют длительную историю. Древний Восток и античный мир проявляли их весьма своеобразно, исходя, прежде всего, из взаимодействия рационального и иррационального начал в человеке, из стремления преодолеть двойственность во взаи­модействии названных начал.


 

Древневосточная философская психология, в принципе, находилась в состоянии слияния с мировоззренческой мета­физикой, неразрывными моментами которой были мифоло­гическая, художественно-образная, религиозная, мистическая, донаучная и философская метафизика. В таких отношениях на первый план выходило не постижение чистого рациональ­ного бытия, а понимание взаимосвязанных онтологических структур в человеческом существовании. Поэтому в процессе слияния с философской психологией древневосточная мета­физика демонстрировала себя по преимуществу не как про­явление материализма или идеализма, а в качестве нейтраль­ной мировоззренческой метафизики. Эти отношения можно назвать философско-психологическими именно потому, что человеческая психика и ее проблемы доминировали в отме­ченном синкретизме, снимая собственно духовные и телесные вопросы развития человека.

Античный мир в иной форме осуществлял философско­психологические связи между философской психологией и метафизикой. На первый взгляд кажется, что данные связи, в отличие от их реализации на Древнем Востоке, следует назвать только философскими. Однако более тщательное рассмотре­ние позволяет вести речь об их специфике как о своеобразном доминировании ненаучной философской психологии над философской метафизикой. Стремление античных филосо­фов рассмотреть человека в мире с позиции космоцентризма, антропоцентризма, взаимосвязи космоцентризма и антропо­центризма исходило главным образом из философско-пси­хологической проблематики, из вопросов развития человече­ской души, одушевленности всего мира. Особенно отчетливо это проявлялось при трактовке логоса, с позиции которого философы желали (как и античные математики, но по-своему) понять чистое рациональное бытие, ведя речь о благе, истине, красоте и т.д. вообще. Но такая позиция была следствием осо­бой философско-психической установки исследователей того времени, обусловлена их абсолютизацией абстрагирования. В отличие от древневосточной нейтральной мировоззренческой метафизики, античная метафизика проявляла в основном противоположные тенденции: идеалистическую философ­скую метафизику и материалистическую философскую мета­физику, тем самым осуществляя в качестве господствующих позитивную и негативную формы отношения к философско­психическим проблемам в своем взаимодействии с античной философской психологией.

В эпоху Средневековья в отношениях между философ­ской психологией и метафизикой на первый план вышла ми­ровоззренческая форма их взаимосвязи в виде доминирова­ния религиозной философской метафизики над философской психологией. Вера, а не философское знание, философская мудрость, определяла в целом логику взаимосвязей между ними. Однако в это время существовали собственно философ­ские и психологические отношения между философской пси­хологией и метафизикой, хотя они не имели господствующе­го положения в религии и в философии данного времени, но создавали предпосылки для последующего развития научных форм взаимосвязи между ними.

Эпоха Возрождения усилила мировоззренческие отно­шения между философской психологией и метафизикой. В их взаимодействии особую роль играла художественно-образ­ная метафизика, как выражение доминирования искусства в жизнедеятельности людей, как интерес к творческим (фило­софско-психологическим) возможностям человеческой инди­видуальности, как некий протест против традиционной ре­лигиозной догматики. Вместе с тем значительное влияние во взаимосвязях философской психологии и метафизики имела натурфилософия с ее изучением природного мира, человека как природного существа, с идеей возрожденческого панте­изма, с положением о своеобразном стирании граней между Божественным миром и миром Вселенной. Все это подготав­ливало переход к научно-психологическим и научно-фило­софским отношениям между ними.

Новое время положило начало выходу на первое место на­учно-философской и научно-психологической проблематики, что особенно усилилось в позитивистской традиции (в класси­ческом позитивизме, эмпириокритицизме, в зарождающемся неопозитивизме). Однако, в свою очередь, это свидетельство­вало о стремлении частных наук (особенно естественных) дик­товать свои условия, принципы и методы процессам развития взаимодействия философской психологии и метафизики. От­рицая (в той или иной мере) их основные проблемы, филосо­фы-позитивисты и ученые-позитивисты стремились устранить сам дух такого взаимодействия, желая заменить ненаучную и философскую психологию научной (экспериментальной), философскую метафизику собственно научной (а тем самым и научно-мировоззренческой) метафизикой. Все это в целом означало стремление возвысить телесное развитие человека над его духовным и душевным бытием и совершенствованием.

Тем не менее, ХХ век и начало ХХ1 века выявили огра­ниченность таких взглядов на отношения между философ­ской психологией и метафизикой. Постпозитивистские и постмодернистские тенденции в философии и в психологии создавали основы для иных постижений данных отношений. Появление трансцендентальной психологии, интегральной психологии, интегративной психологии, арт-терапии, психо­драмы, гештальт-психологии, духовной психологии и других современных направлений говорит о том, что в наше время весьма актуальной является проблема взаимодействия фило­софской психологии и метафизики.

Исходя из вышеизложенного, можно наметить несколь­ко взаимосвязанных аспектов отмеченной проблемы. Прежде всего, следует обратить внимание на то, что философская пси­хология не может существовать без философской метафизики, как ядра, центра философии, являясь ее органичной частью, формой и способом развития. А это означает, что понимание проблемы взаимодействия философской психологии и мета­физики (философской метафизики) невозможно без исследо­вания направлений такого взаимодействия. К ним относятся: 1) философская психология и метафизическая онтология; 2) философская психология и метафизическая гносеология; 3) философская психология и метафизическая аксиология; 4) философская психология и метафизическая антропология; 4) философская психология и социальная метафизика; 5) философская психология и метафизическая методология; 6) философская психология и метафизическая логика; 7) фило­софская психология и метафизическая этика; 8) философская психология и метафизическая эстетика; 9) философская пси­хология и метафизика ничто; 10) философская психология и метафизика мира.

Второй аспект взаимодействия философской психологии и метафизики заключается в выяснении отношений между ними и иными формами психологии, к которым можно от­нести ненаучную психологию, научную психологию и духов­ную психологию. Конечно, все эти виды психологии в снятом или потенциальном положении находятся как в философской психологии, а тем самым и в метафизике в целом. Однако они имеют и свое существование как таковое, что следует учиты­вать в постановке указанной проблемы. Особое внимание нужно обратить на духовную психологию, на ее связь с фило­софской психологией и метафизикой, что позволит выявить формы развития духовной психологии и формы проявления мировоззренческой метафизики.

Третий аспект взаимодействия философской психологии и метафизики предполагает постижение особенностей взаи­мосвязей между ними с учетом различных способов (и форм) их осуществления в рамках материалистических, идеалисти­ческих и нейтральных философских тенденций. Это означает изучение философской психологии в материалистической философской метафизике, в идеалистической философской метафизике, в нейтральной философской метафизике, а затем и в мировоззренческой метафизике.

Четвертый аспект отношений между философской пси­хологией и метафизикой заключается в обосновании мировоз­зренческого подхода и основанных на нем принципов, мето­дов и методик. Исходя из них, следует, во-первых, трактовать философскую психологию в качестве одной из форм развития духовной психологии, а философскую метафизику как фор­му реализации мировоззренческой метафизики. Но для это­го нужно перейти от постановки проблемы взаимодействия философской психологии и метафизики к конкретному реше­нию отмеченной проблемы.

Психология и право



Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика