Содержание журналов

Баннер
  PERSONA GRATA

НИКОЛАС РОБИНСОН:
ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ ПРАВО В ЭПОХУ АНТРОПОЦЕНА

Интервью с профессором Юридической школы им. Элизабет Хауб Университета Пейса (США, Нью-Йорк).


Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Соотношение понятий «оговорка о наибольшем благоприятствовании» и «режим наибольшего благоприятствования» в международном инвестиционном праве
Научные статьи
16.05.17 11:25

Рогозина А. А.

Оговорка о наибольшем благоприятствовании, являясь по существу отсылочной нормой, имеет долгую историю: первые оговорки появились еще в XII в. В настоящее время в междуна­родных инвестиционных соглашениях закрепление оговорок о наибольшем благоприятствовании является уже повсеместным, однако механизм их действия и применения изучен недостаточ­но. В международно-правовой доктрине нет единства мнений относительно соотношения правовых категорий «оговорка» и «режим наибольшего благоприятствования», что на наш взгляд затрудняет правильное применение оговорок.

Термин «оговорка о наибольшем благоприятствовании»

Договорное положение является оговоркой о наиболь­шем благоприятствовании, если в нем государство обязуется предоставить режим наибольшего благоприятствования во всех оговоренных сферах взаимоотношений.

Комиссия международного права подготовила Проект статей 1978 года, посвященный оговоркам о наибольшем благоприятство­вании, который был представлен Генеральной Ассамблее ООН с предложением рекомендовать его государствам-членам в целях за­ключения многосторонней конвенции, однако он так и не был по­ложен в основу многостороннего международного договора.

В Проекте статей такое положение называется «клаузулой», однако нам представляется, что термин «оговорка» является бо­лее удачным, хоть и допускающим несколько значений. Термин «оговорка» может иметь значение одностороннего заявления госу­дарств в соответствии с пп. (d) п. 1 ст. 2 Венской конвенции о праве международных договоров. В юридической литературе об инве­стиционном арбитраже нередко можно встретить использование термина «оговорка» или «арбитражная оговорка» по отношению к согласию государства на передачу споров в инвестиционный ар­битраж в тексте международных договоров. Термин «оговорка» в настоящем контексте по смыслу совпадает со значением терми­на «клаузула», однако обладает рядом преимуществ, которые не были учтены противниками его употребления.

Во-первых, использование данного термина оправдано с лингвистической точки зрения, поскольку термин «клаузула» является нечасто употребляемым иноязычным заимствовани­ем. Во-вторых, многозначность термина «оговорка» не затруд­няет восприятие смысла: если имеется в виду оговорка как од­ностороннее заявление государства, то речь идет об «оговорке к договору»; если этот термин употребляется в конкретном контексте для обозначения договорного положения, то речь идет об «оговорке в договоре», что без труда позволяет понять, в каком именно значении употреблен этот термин.

В отличие от потенциально применимого термина «до­говорное положение о наибольшем благоприятствовании» термин «оговорка» краток, позволяет избежать путаницы, когда речь идет о применении оговорки к остальным нормам международного договора, и учитывает тот факт, что оговорка может объединять несколько договорных положений. Терми­ны «оговорка о наибольшем благоприятствовании», «оговорка о наиболее благоприятствуемой нации», «оговорка о режиме наибольшего благоприятствования» взаимозаменяемы.

Понятие «режим наибольшего благоприятствования»

В комментариях к статьям Проекта указывается, что под режи­мом понимается «объем преимуществ, на которые может притя­зать государство-бенефициарий для себя или для лиц или вещей, находящихся в определенной связи с ним». Таким образом, в по­нятие режима включается некий набор преимуществ, т.е. особых прав. Поскольку субъективным правам корреспондируют обязан­ности, режим может быть определен как обязанность «государства предоставлять ... преимущества и привилегии, которые ... предо­ставлены или могут быть предоставлены в будущем». Думается, что режим в данном случае представляет собой более сложное, комплексное явление, чем просто набор прав и обязанностей.

В правовой доктрине можно проследить две основные точ­ки зрения в отношении данного понятия. Согласно первой, ре­жим наибольшего благоприятствования (далее - РНБ) представ­ляет собой комплекс правоотношений. Согласно определению В.М. Шумилова, режим наибольшего благоприятствования представляет собой «правовое положение (комплекс право­отношений), складывающееся в межгосударственных отноше­ниях на основе оговорки в процессе и результате выполнения обязательства предоставить соответствующий режим и приме­нения метода приравнения к режиму, распространенному на третье государство». Вторая точка зрения напрямую не связана с понятием «режим наибольшего благоприятствования» и яв­ляется общетеоретической позицией относительно существа правовых режимов. С.С. Алексеев определял правовой режим как «порядок регулирования, который выражен в комплексе правовых средств, характеризующих особое сочетание взаи­модействующих между собой дозволений, запретов, а также позитивных обязываний и создающих особую направленность регулирования». По нашему мнению, наиболее оправданным является использование данного определения в отношении единых для международного и внутригосударственного права правовых категорий, включая категорию правового режима.

Применительно к режиму наибольшего благоприятство­вания определяющим способом правового регулирования яв­ляется управомочивание или дозволение. Некоторые авторы в этой связи отмечали, что «степень благоприятности либо неблагоприятности правового режима является не признаком [режима], а результатом его установления». В этом отношении РНБ не отличается от других правовых режимов, поскольку «степень» благоприятности определяется отдельно для каждо­го государства в зависимости от уровня предоставленных тре­тьему лицу преимуществ. Кроме того, РНБ не запрещает одно­временное лишение всех бенефициариев предоставленных им преимуществ. В международном торговом праве этот феномен называют режимом наименее благоприятствуемой нации.

В рамках реализации режима наибольшего благопри­ятствования государства принимают государственные меры, совершают фактические действия, влияющие на деятель­ность иностранных инвесторов. Совокупность норм и средств их реализации может быть охарактеризована как обращение (treatment) с иностранным инвестором.

При этом понятие «режим» рассматривалось не только в контексте РНБ или национального режима, но как самостоя­тельная правовая категория в сфере регулирования иностран­ных инвестиций. А.А. Данельян указывает, что международно­правовой режим иностранных инвестиций представляет собой «систему международно-правовых норм (норм международ­ных договоров, международно-правовых обычаев, положений мягкого права) и норм национального права, а также между­народных институциональных и национальных механизмов, регулирующих деятельность субъектов инвестиционных отно­шений в сфере осуществления иностранных инвестиций». На наш взгляд, такое смешение международных, внутригосудар­ственных норм и механизмов не совсем корректно. При этом мы согласны с позицией В.М. Шумилова, который выделяет два компонента в составе РНБ, а именно международно-право­вой компонент, который охватывает как договоренность о вза­имном предоставлении РНБ и осуществленные в соответствии с этим определенные действия по реализации своих между­народных прав и обязанностей, с одной стороны, и внутриго­сударственный компонент, который понимается как явление внутренней правовой системы, с другой.

Таким образом, под РНБ понимается комплекс правовых средств, направленный на создание наиболее благоприятного обращения с иностранным государством и (или) лицами или вещами, определенным образом связанными с ним.

Заключение

Режим наибольшего благоприятствования невозможно рассматривать вне связи с оговорками12. Оговорка о наиболь­шем благоприятствовании действует, если обязанное государ­ство вступает в отношения с третьими лицами, и предоставляет им более благоприятный режим. Оговорка распространяется на привилегии, которые предоставляются третьему государ­ству де факто, без юридического обоснования. При этом если такое предоставление фактических привилегий противоречит нормам права, то у бенефициара оговорки не возникает права требовать предоставления такого же и более благоприятного режима. Если такие фактические привилегии предоставлены в рамках реализации государством свободы усмотрения (на­пример, при выдаче лицензий на осуществление инвести­ционной деятельности) и не регламентируются напрямую нормами права, то свобода усмотрения государства регламен­тируется соответствующими нормами. Это подтверждает нор­мативный характер возникающего режима.

Обязанность предоставить режим наибольшего благопри­ятствования устанавливается на международном уровне путем закрепления такой оговорки в тексте международного договора. При этом стоит особо отметить, что входящие в этот режим нор­мы не включают саму оговорку, иначе наблюдалось бы логиче­ское противоречие. Наоборот, говоря о входящих в состав режи­ма наибольшего благоприятствования нормах, мы имеем в виду весь комплекс норм, создаваемых государством, а именно: нор­мы международного права (нормы международных договоров и обычаи - международно-правовой компонент) и нормы внутри­государственного права (внутригосударственный компонент).



Предыдущие материалы:

 

Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика