Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер

События и новости




РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК Институт государства и права.
Г.М. ВЕЛЬЯМИНОВ.
МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО ОПЫТЫ



СОВРЕМЕННОЕ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА. В честь Заслуженного деятеля науки Российской Федерации, доктора юридических наук, профессора СТАНИСЛАВА ВАЛЕНТИНОВИЧА ЧЕРНИЧЕНКО



СОВРЕМЕННОЕ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО
О ЗАЩИТЕ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ
И ЭКОЛОГИЧЕСКИХ ПРАВАХ ЧЕЛОВЕКА. А.М. Солнцев. Монография



Верховенство международного права. Liber amicorum в честь профессора К. А. Бекяшева

Бекяшев Д.К. «Международное трудовое право (публично-правовые аспекты): учебник. – Москва: Проспект, 2013. – 280 с.


Гражданское общество и правовое государство: проблемы понимания и соотношения
Раянов Ф.М.

Перед вами – оригинальная работа, в которой автор, основываясь на мировой общественно­политической практике, впервые в отечественном обществоведении по­новому подходит к раскрытию понятий «гражданское общество» и «правовое государство».


Чеченская республика: уникальный опыт борьбы с международным терроризмом и экстремизмом (от возрождения к развитию в начале ХХI в.)
11.09.17 15:25
САЙДУМОВ ДжамбулатХамидович
доктор юридических наук, эксперт Российской академии наук, доцент, главный научный сотрудник Академии наук Чеченской Республики, старший научный сотрудник Комплексного научно­исследовательского института Российской академии наук им. Х. И. Ибрагимова, профессор кафедры гражданского права и процесса юридического факультета Чеченского государственного университета

Современный опыт Чеченской Республики в деле эф­фективной борьбы с терроризмом, успешное и скорое воз­рождение республики из сложной военной и поствоенной ситуации, активный переход к интенсивному развитию социально-экономической сферы можно с полной уверен­ностью охарактеризовать как «чеченский феномен». До настоящего времени на научном уровне вопрос изучения опыта Чеченской Республики поднимался лишь в локаль­ном формате, между тем колоссальный опыт региона нуж­дается в глубинном исследовании и понимании. Тем более что заинтересованность в этом озвучена на самых высоких уровнях. В частности, премьер-министр РФ Д.А. Медведев высказывался о возможности проведения в Чеченской Ре­спублике форума по вопросам борьбы с терроризмом. На расширенном совместном заседании высшего совета и ге­нерального совета партии «Единая Россия» он подчеркнул, что у Чеченской Республики есть уникальный опыт борьбы с терроризмом, когда в быстром темпе была, по сути, воз­рождена целая республика.

Неслучайно, что именно в Грозном с 23 по 25 мая 2016 г. состоялось заседании VII-ой международной встречи высоко­поставленных представителей, курирующих вопросы безопас­ности. Делегаты из 75 стран, в течение нескольких дней об­суждая общемировые вопросы противодействия терроризму и экстремизму, знакомились также с передовым чеченским опытом в борьбе с международным терроризмом. Чрезвы­чайно важный вывод был сделан в докладе Секретаря Совбеза Российской Федерации Н. Патрушева, который особо под­черкнул, что чеченский народ, будучи неотъемлемой частью многонациональной России, сумел правильно использовать открывшиеся возможности и воспитывать новое поколение граждан на позиции категорического неприятия экстремист­ской идеологии, чуждой всему здоровому международному сообществу.

Цель исследования - изучить факторы феноменального успеха чеченского народа в борьбе с международным терро­ризмом и экстремизмом. Настоящая работа - это первая по­пытка обращения внимания к данной теме. Приоритетными задачами выступают: выявление основных факторов успешно­го завершения антитеррористической операции в Чеченской Республике (1999-2009 гг.) и окончательного установления мира и безопасности в данном субъекте, исследование практи­ческого опыта Чеченской Республики в борьбе с международ­ным терроризмом и экстремизмом как эффективной модели XXI в., с последующей рекомендацией для внедрения данного опыта в конфликтных и постконфликтных регионах.

За последние двадцать лет вышло большое количество работ научного и околонаучного характера, затрагивающих вопросы так называемого «чеченского» терроризма. Во мно­гом их объединяет тенденциозность освещения исследуемого материала, где объектом нападок и гонений выступал чечен­ский народ. В работе В. В. Жириновского чеченская проблема называлась раковой опухолью на теле российской государственности. Среди иных работ, бесспорно, заслуживающих внимания, по указанной тематике выделим также работы Б. Н. Кашникова, В. А. Тишкова. Хотелось бы заранее отметить недопустимость трактовать выводы настоящего исследования как апологию всего «чеченского», тем не менее, объективный анализ показывает, что чеченский народ прошел сложный и тернистый путь к современному состоянию интенсивного раз­вития во всех сферах жизнедеятельности. И его бесценный опыт есть апостериорное знание, который иначе можно на­звать «argumentum а posteriori» - аргумент, опирающийся на данные опыта, практики.

Что такое чеченский опыт в борьбе с международным терроризмом, в чем его сущность и значение? В первую оче­редь это совокупность накопленных знаний, за последние 15 лет воплотившихся в практику. Настоящее исследование, как нам видится, будет способствовать пониманию опыта чечен­ского народа, заслужившего уважения и признания в миро­вом масштабе.

В конце XX в. Российская Федерация столкнулась с раз­личными внутренними и внешними угрозами - экономиче­ский кризис, политическая нестабильность и другие негатив­ные факторы, влиявшие на общую ситуацию в стране в целом, которые сформировали непросто тревожную, а чрезвычайно опасную для суверенитета России ситуацию. Реальная си­туация была близка к внутреннему расколу с последующим распадом государства по аналогии с СССР в 1991 г. Наиболее опасной среди всех этих факторов была террористическая угроза, направленная на подрыв территориальной целост­ности России. Чеченская Республика дважды стала эпицен­тром военно-политических событий. При попустительстве, близком к молчаливому одобрению со стороны кремлевских элит, поощривших процесс суверенизации - сначала в начале 90-х гг., а затем и в 1994-1995 гг., непрофессиональными дей­ствиями военно-политического руководства, выраженными в нежелании использовать политические средства воздействия на ситуацию, вкупе с адресными (персональными) специ­альными операциями по ликвидации конкретных одиозных лиц, дестабилизировавших ситуацию. Вместо этого в декабре 1994 г. были выбраны неадекватные формы применения силы, способствовавшие потере Чеченской Республики как субъек­та в период с 1994 по 1997 г. По замыслу деструктивных сил как в самой стране, так и режиссеров за пределами России, Чеченская Республика стала плацдармом для расширения территории де-факто и де-юре находившейся вне правового пространства государства. До 1995 г. в самопровозглашенной республике имелись политические силы, готовые к здравому диалогу с центром, однако события, последовавшие после 1997 г., привели к победе сил, желавших полностью изолиро­вать республику.

Предыстория событий середины 90-х гг. ХХ в. О контактах экстремистов, окрепших на территории Чечни, в своем ис­следовании отмечал А.А. Кадыров: «.. .установили тесный кон­такт с Усамой бен Ладеном, который щедро финансировал все проекты по превращению Чечни в наконечник копья, направ­ленного в сердце России». В сложившейся ситуации заложни­ком выступал чеченский народ, ввергнутый в пучину кровавых событий. Именно на него был обрушен удар международного терроризма и экстремизма. К 1999 г. в Чеченской Республике произошло сосредоточение основного ядра международных экстремистов. Само течение ваххабизм, как отмечает авто­ритетный исследователь А. А. Манкиев, проникло в Чечню из Дагестана. По мнению первого Президента Чеченской Республики А. А. Кадырова, оно преследовало следующие основные цели: 1) отторжение Северного Кавказа от России; 2) ликвидация Чеченской Республики путем поглощения её «исламским» государством «от моря до моря», которое пла­нировалось создать; 3) «расчленизация» чеченцев, лишение их национально-культурных и религиозных традиций, их «ара­бизация», как её понимали ваххабиты.

Вторжение ваххабитских формирований из Чечни в Цу- мадинский и Новолакский (Ауховский) районы Дагестана в начале августа 1999 г. под руководством Ш. Басаева и Хаттаба стало началом второй чеченской войны. О том, что данное те­чение впервые в Чечне появилось в конце 1980-х гг. указывает так же в своей работе первый Президент Чеченской Респу­блики А. А. Кадыров: «проникновение вахаббизма на терри­торию тогдашней Чечено-Ингушетии произошло на рубеже 70-80-х годов. Именно в то время в отдаленном горном хуто­ре Хаттуни поселился зубной техник, выходец из Дагестана.

при правлении А. Масхадова Хаттуни стал одним из центров вахаббизма... Они напрочь отказались от таких понятий как, «чеченская идея», «чеченская свобода и независимость». Все национальное подменялось всеобщей арабизацией по- удуговски. Обучение молодежи республики в странах Ближ­него Востока привело её некоторую часть в стан противников суфизма, являвшегося на протяжении столетий ядром ислама в Чеченской Республике. Национальное самосознание, бази­рующееся на тарикате и принципах чеченского кодекса «Нох- чалла», с 1997-1999 гг. стало активно подменяться арабизацией под предлогом возвращения к «религиозному ренессансу», не признающему авторитета старшего, устазов и шейхов. Нача­ло контртеррористической операции и введение соответству­ющего режима сопровождалось проведением масштабных войсковых операций с применением различных видов воору­жений, использованием регулярной армии и флотских под­разделений (подразделений морской пехоты).

В целях объективного изложения материала следует от­метить, что мирное население в период проведения указанной операции гибло не только в результате так называемых издер­жек войны («неточечные» артиллерийские обстрелы и авиау­дары: трасса М-29 в районе населенного пункта Шаами-Юрт, октябрь 1999 г. ), но и отдельных целенаправленных действий оборотней в погонах из числа военных (Ю. Буданов, Э. Ульман, С. Аракчеев, В. Худяков,), милиционеров (В. Лапин, В. Минин, А. Прилепин), призванных наводить конституционный поря­док (трагедия в населенном пункте Новые Алды, 2000 г.), так и от действий террористов, избравших своими жертвами всех, кто был сопричастен к мирной жизни - врачей, учителей, глав администраций, государственных служащих, работников пра­воохранительных органов, религиозных деятелей (убийство заместителя военного коменданта Веденского района Р. Тевза- ева, известного богослова Ш. Мадагова, убитого в с. Элистанжи арабскими наемниками Абу аль-Валида, террористический акт, оборвавший жизнь подполковника В. Баталова, аресто­вавшего преступника Ю. Буданова).

Силы международного терроризма в Чеченской Респу­блике были представлены представителями свыше 50 госу­дарств. Представленный в Чечне международный терроризм был направлен в первую очередь против чеченцев, являю­щихся мусульманами, пронесшими и сохранившими свою религию через столетия. Происходил процесс деформации человеческих ценностей, попытка искоренить национальную основу «чеченскость», которой свойственна совокупность та­ких качеств, как уважение к старшим, милосердие, благород­ство, сострадание. Во главе сил международного терроризма стояли представители Ближневосточных государств, Средней Азии, которые воспринимали чеченский народ как «пушечное мясо», а саму республику не иначе как полигон и плацдарм для расширения зоны влияния. Начавшийся активный про­цесс стирания чеченской национальной идентичности, где личность защищена адатами, совокупностью прав и обязан­ностей чеченца, привел к эффекту пружины, достигнув конеч­ной точки, она вернулась в свое исходное положение. Именно национальная идентичность чеченцев стала решающим кон­траргументом в борьбе сил добра с силами международного терроризма.

Целью федеральных войск при проведении контртерро­ристической операции было уничтожение многочисленного международного террористического контингента, финанси­руемого из-за пределов страны с хорошо налаженной, развет­вленной системой управления на всех уровнях. Конечная цель - установление мира и возвращение Чеченской Республики в политико-правовое пространство страны. Несмотря на мас­штабность задействованных ресурсов, данная цель к весне 2000 г. не имела существенных результатов по следующим причи­нам:

-      операция, проводившаяся военными, не смогла оста­новить террористические акты, наблюдалось устойчивое со­хранение террористической угрозы не только в регионе про­ведения контртеррористической операции, но и за пределами региона, контроль над населенными пунктами и городами был только на отдельных квадратах территории, где непосред­ственно дислоцировалось воинское подразделение. При этом в ночное время суток подразделения вооруженных сил мини­стерства обороны и министерства внутренних дел Российской Федерации систематически подвергались обстрелам со сторо­ны международных террористов; с наступлением утреннего времени инженерная разведка занималась разминированием фугасов и других самодельных взрывных устройств, установ­ленных в ночное время суток террористами на дорогах респу­блики; наблюдалась несогласованность действий между во­йсковыми и милицейскими подразделениями (гибель 2 марта 2000 г. сотрудников ОМОНа из Сергиева-Посада в окрестно­стях г Грозного);

-      при проведении специальных операций нередко жертвами становились мирные люди; исчезновения лю­дей, хаотичные артиллерийские обстрелы населенных пунктов приводили к жертвам среди мирного населения. Наряду с этим, военные не могли защитить гражданское население от террористических актов со стороны бандитов, систематических ночных убийств учителей, глав админи­страций, врачей, богословов. На фоне этого в Чеченскую Республику активно продолжали проникать члены между­народных террористических организаций, продолжалось их финансирование из стран Ближнего Востока и отдель­ных европейских государств неправительственными орга­низациями, чья задача была направлена на дестабилиза­цию общественно-политической ситуации в Российской Федерации;

-      организованные в Республике Ингушетия пункты вре­менного размещения покинувших Чеченскую Республику продолжали функционировать, в саму Чеченскую Республику очень медленно возвращались беженцы из-за отсутствия жи­лья, разрушенного в ходе военных действий и сложной кри­миногенной ситуации;

-      в средствах массовой информации продолжал активно культивироваться образ всего чеченского народа как террори­ста, пособника бандитов; на экранах телевидения в ротацию вошли художественные фильмы, представлявшие Чечню и че­ченцев в лживом и негативном свете;

-      на международной арене чеченская тема была инстру­ментом постоянного политического упрека и давления на Рос­сийскую Федерацию из-за имевших место нарушений прав человека и гражданина;

-      сложное военное положение в республике отражалось на социальном положении её граждан, регион, помимо закре­пившегося статуса «горячей точки», получил еще и экономи­ческую характеристику «черная дыра». Полностью разрушен­ная экономика, лежащие в руинах города и села создавали по экспертным оценкам возможность восстановления республи­ки не ранее чем через 50 лет и то при условии полного уста­новления мира.

Ключевым фактором всех этих причин было то, что в самой Чеченской Республике не были сформированы все ветви власти, тем самым на местах наблюдалось исполнение гражданских функций управления военными, что значитель­но усложняло решение конкретных задач по возвращению к мирной жизни. Аналитические выводы относительно прово­димых действий в Чечне свидетельствовали, что в 2000 г. кар­динальных позитивных трансформаций в южных и горных районах Чечни не произошло10. Анализ результатов проведе­ния первого этапа контртеррористической операции в 1999­2000 гг. приводит нас к выводу, что переломных изменений в конечной цели установления мира и слома террористического подполья не наблюдалось. Согласно официальным данным, с 1 октября 1999 г. по 10 октября 2001 г. потери федеральных сил составили 3438 человек погибшими и 11661 ранеными. Уби­то 2136 военнослужащих Минобороны, 703 военнослужащих внутренних войск, 493 сотрудника органов внутренних дел, 106 сотрудников иных силовых ведомств11. Локальные военные успехи вооруженных сил, при «общей численности группи­ровки 80 тысяч военнослужащих»12, в боестолкновениях с неза­конными вооруженными формированиями сопровождались установлением большого количества блокпостов, затрудняв­ших передвижение гражданского населения, но при этом не представлявших преград для террористов.

Проведение «зачисток» в населенных пунктах Чеченской Республики приводило к тому, что при проведении розыскных мероприятий бесследно исчезали в основном мирные люди, не имевшие отношения к террористам и экстремистам. В это же время сами террористы чувствовали свою вольготность и безнаказанность, заблаговременно покидая населенные пун­кты до их блокирования армейскими и милицейскими под­разделениями. Практика установления многочисленных блокпостов в Чечне показывала на деле их низкую боевую результативность, неспособность контролировать зоны ответ­ственности. Указанные негативные примеры были выгодны одинаково как для главарей бандитских формирований, так и отдельных военных начальников, желавших продолжения «войны без конца». При видимом конфликте сторон склады­вающаяся ситуация показывала на практике отсутствие кон­фликта интересов у бандитов, с одной стороны, и некоторой части из числа «оборотней в погонах» - с другой. Давая оценку такому действию, как «зачистка», исследователь А. А. Манкиев заключает, что «зачистки» были, по существу, разновидностью терроризма. Они держали население в постоянном стрессе и страхе, так как оборачивались для него незабываемыми тра­гедиями - убийствами и увозом в неизвестность безвинных и беспомощных людей, в том числе и с целью получения выкупа; пытками и унижением, уничтожением жилья и имуще­ства, мародерством, вымогательством, грабежами. В итоге формировалась ситуация, требовавшая кардинального изме­нения, в противном случае тяжелая и трагическая ситуация перетекала в устойчивое перманентное состояние.

Официальным началом контртеррористической опе­рации в Чеченской Республике считается 23 сентября 1999 г., когда президентом РФ Б. Ельциным был подписан указ о создании объединенной группировки войск и сил (ОГВ) на Северном Кавказе и подготовке контртеррористической опе­рации на территории республики. 16 апреля 2009 г. контртер­рористическая операция официально закончилась. В дневном подсчете она длилась 3493 дня. Количество федеральных сил в начале операции составляло 93 тыс. человек. По статисти­ке Минобороны, с 1999 г. по сентябрь 2008 г. при исполнении служебных обязанностей в республике погибли 3684 военнос­лужащих. По данным главного управления кадров МВД, по­тери внутренних войск в августе 1999 - августе 2003 г. соста­вили 1055 человек. Потери МВД Чечни, по данным на 2006 г., оценивались в 835 человек убитыми. Также сообщалось, что в 1999-2002 гг. в Чечне погибли 202 сотрудника ФСБ. Из этого следует, что потери федеральных силовых ведомств, имеющи­еся в открытом доступе, оцениваются не менее 6 тыс. человек. Очень трудно судить о точном количестве погибших мирных граждан, равно как и общем числе уничтоженных членов НВФ, нередкими были случаи, когда мирные жители для боевых по­казателей записывались как члены НВФ. Более точная картина по числу уничтоженных террористов наблюдается при выпол­нении специальных операций чеченскими подразделениями, действовавшими точечно и с максимальной безопасностью для мирного населения. Тем не менее, если опираться на от­крытые источники, то в 1999-2002 гг., по данным штаба ОГВ, уничтожено 15,5 тыс. боевиков. За последующий период, с 2002 по 2009 г., силовики отчитались о ликвидации еще около 2100, основная часть в 2002 (600) и 2003 гг. (700). Жертвы среди мирного населения правозащитниками в 2004 г. оценивались в 10-20 тыс. человек, не считая 5 тыс. пропавших без вести.

Контртеррористическая операция по своему простран­ственному размаху оказалась соизмеримой с общевойсковой (корпусной и даже армейской) операцией. Зона активных действий охватывала всю территорию республики - до 100 км по фронту и 150 км в глубину. Эти показатели сопоставимы с общевойсковой операцией. Численный состав Объединенной оперативной группировки войск (ОГВ) состоял из соедине­ний, частей и подразделений от всех силовых структур, а так­же самолетов, вертолетов, бронетехники (танки, БМП и БТРы), артиллерии (включая РСЗО), частей обеспечения - разведы­вательные, РЭБ, связи, инженерные, технические, тыловые. Были задействованы новейшие виды вооружений, к примеру, одни из самых современных на тот период времени боевые вертолеты Ка-50 («Черная акула»), вооруженные новыми ог­невыми средствами. В составе БУГ (Боевой ударной группы) были летчики-снайперы. Вертолеты совершили в Чечне 14 боевых вылетов, в ходе которых выполнено более ста заходов на цель, израсходовав 929 80-мм НУРС и 16 30-мм снарядов, а также три ПТУР «Вихрь-1».

Действия отдельных военных в Чеченской Республике выходили далеко за рамки воинского устава и попадали под действия Уголовного Кодекса Российской Федерации. В апре­ле 2000 г. в селении Дышни-Ведено В.Г. Черномаз, проезжая на автомашине «Урал» в составе военной колонны, из хули­ганских побуждений выстрелил в возвращавшегося из школы шестнадцатилетнего Аюба Салтаханова и убил его. 16 ноября 2005 г. П. Зинчук на окраине посёлка Старая Сунжа Грознен­ского района без каких-либо причин выстрелил из ручного пу­лемета в мирного жителя М. А. Мунаева. Там же при досмо­тре автомашин боец А. Кривошонок расстрелял трех мирных жителей. Слушание дела проводилось в Грозненском гарни­зонном военном суде, контрактник П. Зинчук был приговорен к 7 годам лишения свободы в колонии общего режима. Севе­ро-Кавказский военный суд приговорил А. Кривошонка к 18 годам лишения свободы. Многих задержанных жестоко из­бивали, истязали, забивали до смерти и расстреливали. Потом трупы замученных находили в разных уголках республики. Здесь необходимо подчеркнуть, что федеральное правосудие в части охранительной функции медленно, но целенаправленно начало действовать в республике, именно поэтому фамилии и имена этих военнослужащих были установлены и виновные осуждены и приговорены к различным срокам наказания.

Помимо приведенных примеров, был нанесен серьезный урон флоре и фауне, культурному наследию материальной и нематериальной сокровищницы культуры чеченского наро­да. В горной местности были разграблены или уничтожены древние склепы и городища. А.А. Кадыров писал: «Буковые леса вывозились преступными режимами раньше, вывозят­ся на армейских вертолетах сейчас». Военное командование в республике очень медленно приходило к пониманию того, что только сами чеченцы способны навести порядок у себя в республике и подобные негативные действия должны быть прекращены, а виновные наказываться. Одним из первых правовых факторов реального взаимодействия можно назвать приказ № 80 от 27 марта 2002 г. за подписью командующего группировкой федеральных войск в Чеченской Республике В. Молтенского. Этот документ начал давать положительную отдачу. В основе документа лежало требование соблюдать порядок ответственными, тесно взаимодействовать с чечен­ской милицией. По словам самого В. Молтенского: «Многие решаются на противоборство федеральным силам от безыс­ходности и безработицы. А кто участвовал в одной операции, стал как бы резервистом, непримиримым». Относительно ги­бели мирного населения по вине отдельных военных коман­дующий открыто заявлял, что «эти факты не скрываются, по ним проводится скрупулезное расследование с самого верха и до самого низа. От общественности ничего не скрывается». Приведенные в исследовании фамилии осужденных военных и милиционеров реально подтверждает объективность слов высокопоставленного российского офицера.

Весна-лето 2000 г. медленно, но верно приблизили чечен­ский народ к времени, когда день за днем началась кропотли­вая работа по возвращению республики в политико-правовое пространство страны. Особое значение в рамках данного ис­следования приобретают конкретные действия политического руководства в лице В.В. Путина. Нам хотелось бы выделить его «Заявление в связи с нарушением прав человека в ходе кон­тртеррористической операции в Северо-Кавказском регионе Российской Федерации» от 13 апреля 2000 г. По сути, оно дало новый позитивный импульс возрождения Чеченской Респу­блики. В нем было подчеркнуто, что восстановление на терри­тории республики правопорядка, уважения к правам человека - один из приоритетов российской государственной полити­ки. Избавляя российское общество от скверны терроризма, мы опираемся на общенациональное согласие, выполняем свои обязательства перед международным сообществом как в области защиты прав человека своих граждан, так и многих иностранцев, ставших жертвами произвола бандитов в Чеч­не... Все факты нарушений прав человека и злоупотреблений в ходе контртеррористической операции в Северо-Кавказском регионе Российской Федерации, кем бы они ни совершались, тщательно расследуются, и в случае подтверждения виновные будут наказаны по всей строгости закона.

В Чеченской Республике активизировался процесс нор­мативно-правового созидания: 12 июня 2000 г. указом Пре­зидента РФ В. В. Путина №1100 Ахмат-Хаджи Кадыров был назначен Главой администрации Чеченской Республики [8, с. 14]. Начался очень важный и необходимый процесс нормот­ворчества: Постановление Правительства Российской Федера­ции от 13 июля 2000 г. № 520 «О мерах по обеспечению дея­тельности администрации Чеченской Республики». 19 января 2001 г. Указом Президента Российской Федерации № 52 «О си­стеме органов власти Чеченской Республики» был исключен статус «временного» в административном управлении респу­бликой. 8 июня 2002 г. В. В. Путин подписал Указ №1071 «Об организации временной системы органов исполнительной власти в Чеченской Республике» и одноименное Положение с внесением в Федеральное собрание Государственную Думу одноименного закона.

Доверие В. В. Путиным республики, охваченной пожаром войны, лежащей в руинах, с массой социально-политических проблем, человеку, бывшему длительное время религиозным лидером без управленческого опыта, вызывало неоднознач­ную реакцию в стране. Однако выбор руководством страны А. А. Кадырова был продиктован сложившимися реалиями, в ко­торых разобраться и решить конфликта мог человек, знающий ситуацию изнутри, желавший не заработать политические и иные дивиденды, а изменить ситуацию кардинально. Только под гарантии человека из своей среды, человека, не навязан­ного, не присланного из федерального центра во временную командировку, мог откликнуться чеченский народ, желавший установления мира и безопасности. Во многом современный успех Чеченской Республики основан на политической воле, умении читать ситуацию и делать правильное прогнозирова­ние. И этот человек В. В. Путин. Правильное толкование исто­рических событий и современных реалий, складывающихся в многоконфессиональном и многонациональном государстве Российской Федерации способствует развитию идеи нацио­нального единения. Эта продуктивная политика была продол­жена и в годы президентства Д. А. Медведева.

По административно-государственному делению Чечен­ская Республика состояла из 15 районов, 2 городов республи­канского подчинения и 4 горрайонов, 337 населенных пунктов. Было сформировано 236 администраций, из них: 19 район­ных, 2 республиканского уровня, 2 районного подчинения, 231 сельских. До июня 2000 г. всем этим в Чеченской Республике руководили военные и говорить о политическом урегулиро­вании в республике было чрезвычайно сложно или, если быть более категоричным, - неуместно. Тем не менее, с назначени­ем А. А. Кадырова главой республики «партия войны», состо­ящая из различных военно-политических сил внутри страны и за ее пределами, начала терпеть поражения, приближая окончание «войны без конца». Это политическое назначение было жизненно необходимо для народа, поставленного, в т.ч. и по вине отдельных соплеменников, на грань полного унич­тожения.

Специальные действия (СД) в КТО, по мнению исследо­вателей И. Воробьева, В. Киселева, были разделены на следую­щие виды: противодиверсионные, противоразведывательные, противопартизанские, информационно-психологические, поисково-спасательные, по обеспечению внутренней безопас­ности граждан России и иностранных государств, защиты их собственности и прав. При этом исследователи совершенно обоснованно сделали вывод о том, что действия войск в КТО не вписывались «в рамки «классических» военных канонов. Здесь нет четко выраженной линии фронта, а также монолитной группировки НВФ, отсутствует ярко выраженное противосто­яние сторон. Опыт показал, чтобы умело вести борьбу с «не­уловимым» коварным противником, надо личному составу многому научиться».

В этой связи хотелось бы в свою очередь обозначить нашу принципиальную позицию, выраженную в осознании поли­тическим руководством страны понимания главного - много­тысячная армейская группировка, вооруженная самым совре­менным оружием, оказалась бессильной в этой ситуации без вовлечения в эту борьбу самих чеченцев. Чеченцы устали от засилья сил международного терроризма и экстремизма на их земле, они умели и могли не просто противостоять, но и безоговорочно побеждать в схватке с коварным противником в лице сил международного терроризма и экстремизма. Это и есть главный фактор военной составляющей успеха в завер­шении контртеррористической операции в Чеченской Респу­блике. Здесь нам хотелось бы провести параллель, используя знания и сведения историко-правой науки, обратившись к историческому прошлому. Мы обнаруживаем очень много схожего. Очень ценным в этом плане представляется документ (пояснительная записка, составленная командующим войска­ми Терской области, генералом. кн. Д.И. Святополк-Мирским от 6 апреля 1862 г. №863: «...военная сила должна служить лишь вспомогательным средством, и то в крайних случаях, для поддержания мер предупредительного, заботливого и энер­гичного управления. Мы пытались не только владеть краем, но и управлять им и водворить в нем спокойствие и безопасность посредством укреплений, постов и пикетов. Такая система до­вела нас до того, что присутствие пятидесятитысячного корпу­са войск в Терской области, заключающей в себе около пяти­десяти тысяч семейств туземного народонаселения, оказалась недостаточным для достижения предназначенной цели. Си­стему, оказавшуюся безуспешной, нужно переменить, и пере­мена эта должна состоять, по моему мнению, прежде всего в резком отделении военного вопроса от административного и полицейского».

Доверие чеченским подразделениям наиболее опасных участков в борьбе с международным терроризмом и экстре­мизмом было оправдано качественными операциями, про­водившимися ими не только в самой республике, но и в со­предельных регионах, куда международные террористы и экстремисты стали «мигрировать», после того, как у них под ногами запылала чеченская земля. По поручению президента РФ Национальным антитеррористическим комитетом были внесены изменения в организацию антитеррористической деятельности на территории Чеченской Республики. Предсе­дателем комитета, директором ФСБ России А. Бортниковым с ноля часов 16 апреля 2009 г. был отменен приказ, объявля­ющий территорию республики зоной проведения контртер­рористических операций. С указанного времени меропри­ятия по борьбе с терроризмом в данном субъекте РФ начали осуществляться в соответствии с общим порядком, действую­щим в других регионах страны. Это решение способствовало дальнейшей нормализации обстановки в республике, восста­новлению и развитию ее социально-экономической сферы. Оперативному штабу Чечни были даны поручения, направ­ленные на оптимизацию состава сил и средств Объединенной группировкой войск (сил) по проведению контртеррористи­ческих операций на территории северокавказского региона, совершенствования порядка их применения в современных условиях, констатировал НАК. В заявлениях Р.А. Кадырова подчеркивалось: лучший итог войны - прочный мир, про­цветающая, мирная Чеченская Республика станет фактором стабильности в целом на юге страны, ожидания граждан оправдались.

Необходима была правовая основа не только для стаби­лизации в Чеченской Республике, но и для дальнейшего эф­фективного управления ею. Сформировалась ситуация, когда была четко выраженная необходимость в Конституции респу­блики. В этой связи стала необходимой задача по выработке механизма, допускавшего без отступления от существующих конституционных норм создание площадки для проведения выборов и принятия Конституции Чеченской Республики. В целях проведения референдума по одобрению Конституции Чеченской Республики необходим был закон, санкционирую­щий его проведение, т.е. речь шла о создании правовых стол­пов дальнейших конституционных процессов. Последователь­но это проявилось в следующем: 12 декабря 2002 г. был издан Указ Президента РФ «Об утверждении Положения о проведе­нии референдума Чеченской Республики по проекту Консти­туции Чеченской Республики, законам Чеченской Республики "О выборах в Парламент Чеченской Республикие». 23 марта 2003 г. чеченский народ проголосовал за Конституцию и пред­ложенные законы. Чеченская Республика была признана рав­ноправным субъектом Российской Федерации.

Важным показателем государственно-правого развития Чеченской Республики являются конкретные статистические цифры, которые отображают общую ситуацию. В референду­ме приняли участие 510125 человек, что составляет 88,41 про­цента от общей численности лиц, имевших право голосовать. В голосовании по проекту Конституции Чеченской Республики приняли участие 509796 участников. За её принятие проголо­совало 489257 чел., что составляет 95,97 процента от числа всех участвовавших. В голосовании по проекту закона «О выборах в Парламент Чеченской Республики» приняли 509861 участ­ников референдума. За его принятие проголосовали 489757 участников референдума, что составляет 96,06 процента.

5 октября 2003 г. на выборах Президента Чеченской Респу­блики победу одержал Ахмат-Хаджи Кадыров. По официаль­ным данным, за него проголосовали более 80% избирателей, принявших участие в выборах. За ходом выборов наблюдали представители Лиги арабских государств, организации «Ис­ламская конференция», стран СНГ и Хельсинской группы. После принятия Конституции Чеченской Республики и вы­боров Президента Чеченской Республики в развитии наци­ональной государственности чеченского народа новейшего времени наступил качественно новый этап. Республика ценой огромных жертв - и человеческих, и материальных - была ле­гитимным путем инкорпорирована в правовое поле Россий­ской Федерации. Были созданы правовые предпосылки для её всестороннего мирного развития. Этот многогранный процесс был прерван чудовищным актом, совершенным врагами че­ченского народа 9 мая 2004 г. В результате террористического акта погибли президент Чеченской Республики Ахмат-Хаджи Кадыров и председатель Государственного совета ЧР Хусейн Исаев. Однако мирные процессы в Республике были уже не­обратимы.

В 2004 г. Чеченская Республика обрела свою государствен­ную символику - герб, флаг, гимн. 22 июня 2004 г. был подпи­сан указ Президента Чеченской Республики «О государствен­ном гербе и флаге Чеченской Республики».

До избрания Парламента Чеченской Республики его от­дельные функции (исключая законотворческие) были воз­ложены на Государственный совет, созданный 28 мая 2003 г.

в соответствии с Указом Президента Чеченской Республики «О формировании государственного совета Чеченской Респу­блики» (вместе с «Положением о порядке формирования Го­сударственного совета Чеченской Республики»). Его членами стали 42 человека: по два представителя от каждого из 21 рай­она республики. 21 июня 2003 г. состоялось первое заседание Государственного совета Чеченской Республики. За два года своей деятельности Госсовет подготовил и рассмотрел 52 про­екта законов Чеченской Республики (для последующего внесе­ния их в установленном порядке в будущий парламент), в том числе в области социальной политики, судебной практики, бюджетной сферы и экономической политики, строительства и жилищно-коммунального хозяйства, аграрного сектора и природопользования, науки, культуры, образования и СМИ.

27 ноября 2005 г. состоялись выборы двухпалатного Пар­ламента Чеченской Республики: Народного Собрания (40 де­путатов - 20 по партспискам и 20 по одномандатным округам) и Совета Республики (21 человек по числу районов республи­ки). По партийным спискам в Народное Собрание прошли представители трёх партий - Единой России, КПРФ и СПС. 27 июня 2008 г. на внеочередном совместном заседании обеих палат Парламента Чеченской Республики было принято ре­шение о его самороспуске. 12 октября 2008 г. состоялись новые выборы уже однопалатного Парламента Чеченской Республи­ки, состоящего из 41 депутата.

Важным этапом в новейшей истории государственно­правового развития Чеченской Республики являлось возрож­дение судебной системы Чеченской Республики, начало кото­рому было положено в 2000 г. Чрезвычайно важно отметить, что в рассматриваемый сложный отрезок времени в республи­ке была разработана Концепция государственной националь­ной политики. Документ представляет собой систему прин­ципов и направлений в деятельности органов государственной власти Чеченской Республики в сфере межнациональных от­ношений. В Концепции учитываются историко-культурные особенности, современная этнополитическая обстановка в ре­спублике, проблемы возрождения и развития основных сфер жизнедеятельности многонационального народа Чеченской Республики. 11 октября 2009 г. в Чеченской Республике состо­ялись выборы в органы местного самоуправления. С этого мо­мента в республике завершился процесс формирования всех ветвей власти.

2 сентября 2010 г. Парламент Чеченской Республики принял Конституционный закон Чеченской Республики «О внесении изменения в Конституцию Чеченской Республики», в соответствие с которым слова «Президент Чеченской Респу­блики» заменены словами «Глава Чеченской Республики». 5 марта 2011 г. Рамзан Кадыров был наделен полномочиями Главы Чеченской Республики.

Несмотря на то, что в новейшей истории Российской Феде­рации Чеченская Республика, как её субъект, во всяком случае формально, существует с 10 декабря 1992 г., когда «Президен­том Российской Федерации подписано постановление Съезда народных депутатов РФ о преобразовании Чечено-Ингушской

Республики в Чеченскую и Ингушскую Республику»38, факти­ческое и юридическое её вхождение в правовое поле РФ было завершено в период с 2000 по 2012 г., с формированием всех ветвей власти на основе Конституции ЧР, принятой в 2003 г.

Особым приоритетом в работе А. А. Кадырова стоит обо­значить его принципиальную позицию в вопросе создания республиканского милицейского ведомства. В конце 1999 г. руководством МВД России было принято решение о создании Управления внутренних дел МВД Российской Федерации по Чеченской Республике. Приказом МВД России в декабре 1999 г. было создано Управление внутренних дел МВД Российской Федерации по Чеченской Республике (г. Моздок Республики Северная Осетия - Алания). С апреля 2000 г. Управление вну­тренних дел с штатной численностью свыше 1000 сотрудников милиции передислоцировалось в г. Гудермес. 10 ноября 2002 г. приказом МВД РФ №1088 Управление внутренних дел МВД РФ по ЧР в целях совершенствования управления деятельностью органов и подразделений внутренних дел, повышения эффек­тивности борьбы с преступностью и обеспечения правопо­рядка в Чеченской Республике было реорганизовано в Мини­стерство внутренних дел Чеченской Республики. В настоящий момент в его системе 20 городских и районных отделов вну­тренних дел, ОМОН, Управление по борьбе с организованной преступностью, полк патрульно-постовой службы полиции специального назначения имени А.-Х.Кадырова, полк ППСМ при МВД по Чеченской Республике, полк полиции по охране объектов нефтекомплекса УВО при МВД по ЧР, Управление ГИБДД.

Чеченский ОМОН в 2000 г. был одним из первых строевых подразделений, участвовавших в специальных и боевых опе­рациях. Личный состав насчитывал около 300 бойцов. В целях активизации борьбы с бандитизмом и похищениями людей в августе 2005 г. в структуре республиканского МВД было соз­дано Управление по борьбе с организованной преступностью, на которое в числе других возлагаются функции по противо­действию терроризму, борьбе с бандитизмом и похищениями людей. С 1999 по ноябрь 2002 г. погибло 230 сотрудников УВД МВД РФ по Чеченской Республике.

По официальным данным, за 8 месяцев 2001 г. от рук бо­евиков погибли 12 руководителей органов местной власти, 24 чеченских милиционера и 3 священнослужителя40. В 2001 г. и в первом квартале 2002 г. было убито 9 имамов мечетей и один похищен, совершено 53 преступления в отношении ру­ководителей и сотрудников республиканских и районных ад­министраций и членов их семей. На 1 января 2005 г. с начала контртеррористической операции было возбуждено 1793 уголовных дела по фактам похищения 2503 человек. В период с 2003 по 2008 г. включительно общее число преступлений, за­регистрированных на территории Чеченской Республики, со­кратилось на 36,4% (с 7188 преступлений до 45733), в том числе тяжких и особо тяжких - на 63,3% (с 3689 до 1353) умышленных убийств - на 84,4% (с 705 до 110), разбойных нападений - на 87,5% (с 296 до 37). Количество зарегистрированных престу­плений, совершенных с применением огнестрельного оружия, снизилось за указанный период на 82,8% (с 1536 преступлений до 264). В 2003 г. в республике было совершено 327 террори­стических актов, а в 2008 г. не допущено совершения ни одного теракта. На территории Чеченской Республики было совер­шено террористических актов с 2000 по 2008 г., в 2000 г. - 179, в 2001 г. - 401, в 2002 г. - 401, в 2003 г. - 327, в 2004 г. - 162, в 2005 г. - 54, в 2006 г. - 9, в 2007 - 1, в 2008 г. - 0.

В 2008 г. в результате оперативно-розыскных, профилак­тических и специальных контртеррористических мероприя­тий из незаконного оборота было изъято 267 ед. огнестрель­ного оружия, более 42 тысяч различных боеприпасов, более тонны взрывчатых веществ. Органами внутренних дел Чечен­ской Республики в 2008 г. пресечена деятельность 324 лидеров и активных участников организованных преступных групп и обществ. За январь-декабрь 2008 г. выявлено 506 (-10,1%) пре­ступлений, связанных с организацией преступного сообще­ства. Было ликвидировано 5 бандгрупп и уничтожен при оказании сопротивления 61 боевик (в том числе 5 главарей бандгрупп), задержано 324 участника бандподполья, склонено к явке с повинной 93 участника и пособника незаконных воо­руженных формирований. Только за 3 месяца 2009 г. было за­держано 65 участников незаконных вооруженных формирова­ний. При оказании вооруженного сопротивления уничтожено семь членов бандгрупп, среди них один бандглаварь. В 2009 г. общее число преступлений, совершенных с применением ог­нестрельного оружия, сократилось на 20%.

На территории Чеченской Республики по состоянию на 2009 г. было определено 39 критически важных и 202 потен­циально опасных объекта, 52 объекта жизнеобеспечения, 1011 мест с массовым пребыванием граждан. Данные цифры к 2015 г. претерпели значительные изменения в силу увеличе­ния введенных в эксплуатацию объектов, поскольку в респу­блике вводятся новые объекты и количество таких объектов будет ежегодно возрастать.

Результатами эффективных действий сотрудников МВД по Чеченской Республике стали не только высокие цифры ликвидированных террористических группировок, но и пере­вод ситуации в стадию, когда террористический спрут утратил способность крупномасштабного и взаимосвязанного, цельно организованного центра противодействия и был переведен в разряд общеуголовной, зачастую разобщенной, структуры. Так, согласно статистическим данным, к 2008 г. «в Чеченской Республике отмечался один из наиболее высоких уровней об­щей раскрываемости (количество раскрытых преступлений превысило остаток нераскрытых в 4,6 раза). Раскрыто 3822 пре­ступления (-18,9%), общая раскрываемость составила 87,8%». Министр внутренних дел по Чеченской Республике генерал- лейтенант полиции Р. Ш. Алханов охарактеризовал курс, обозначенный первым Президентом Чеченской Республики, Героем России А. А. Кадыровым и проводимый в Чеченской Республике на основе 6 ключевых принципов: 1) беспощадная борьба с терроризмом и экстремизмом; 2) консолидация об­щества, опора на национальные и религиозные традиции; 3) духовно-нравственное и патриотическое воспитание молоде­жи; 4) соблюдение прав граждан и законности в деятельности правоохранительных органов и структур; 5) забота о людях, повышение уровня благосостояния и социального обеспече­ния граждан; 6) развитие экономики республики на основе инновационных технологий и современного производства.

Всего за 9 месяцев 2012 г. на территории Чеченской Ре­спублики было зарегистрировано 3 тысячи 27 уголовно на­казуемых деяний, что на 8,8% меньше, чем за аналогичный период прошлого года. Сократилось количество особо тяж­ких (на 25,7%) и тяжких (на 24%) преступлений, в том чис­ле убийств (на 28,6%) и посягательств на жизнь сотрудников правоохранительных органов (на 55%)... В результате совмест­ных оперативно-розыскных и специальных мероприятий на территории Чеченской Республики задержано 80, склонено к явке с повинной 6, уничтожено при оказании вооруженного сопротивления 35 участников и пособников бандформирова­ний. Выявлено 102 и раскрыто 85 преступлений, связанных с участием в НВФ или их организацией. По 59 преступлениям данной категории уголовные дела были направлены в суд. Об­наружено и ликвидировано 39 тайников (схронов) с оружием и боеприпасами и 6 баз НВФ. Из незаконного оборота изъято 124 единицы огнестрельного оружия, около 11 тысяч единиц различных боеприпасов, 196 снарядов, мин и фугасов, 400 гра­нат и гранатометных выстрелов, 10 СВУ, 415,5 кг взрывчатых веществ. Выявлено 145 преступлений, связанных с незаконным сбытом, хранением или ношением оружия. Принимаемые меры по борьбе с незаконным оборотом оружия и боеприпа­сов способствовали сокращению преступлений, совершенных с применением оружия (на 6,7%), в том числе огнестрельного (на 9,3%). В первом квартале 2013 г. не было допущено совер­шения терактов, экстремистских акций и других массовых на­рушений общественного порядка. Приоритетным направле­нием совместной оперативно-служебной и служебно-боевой деятельности оставалась борьба с терроризмом и экстремиз­мом. В их результате на территории Чеченской Республики при оказании вооруженного сопротивления уничтожено 23 участника бандформирования, в том числе 3 бандглаваря (Га- каев Х. В., Хушалаев А. К. и Лорсанов Т. М.). Склонён к явке с повинной 1 член НВФ. Задержано 14 пособников бандпод­полья. Ликвидированы 2 бандгруппы, действовавшие в Веден­ском районе. Выявлено 22 и раскрыто 34 преступления, связан­ных с организацией или участием в незаконных вооруженных формированиях. Обнаружено и ликвидировано 5 схронов с оружием и боеприпасами, а также 2 базы НВФ. Из незакон­ного оборота изъято 66 единиц огнестрельного оружия, более 4 тысяч различных боеприпасов, 21 снаряд, мин и фугасов, 57 гранат и ВОГ, одно СВУ и 5 кг взрывчатых веществ.

Согласно сведениям, озвученным прокурором Чеченской Республики Владимиром Кузнецовым, за весь период прове­дения контртеррористической операции в Чеченской Респу­блике было возбуждено 1969 уголовных дел по похищениям людей. Из 2752 похищенных было найдено 507 человек, из них наибольшее количество похищений приходится на 2002- 2003 гг. За период 2000-2006 гг. в суд направлено 93 уголовных дела в отношении 137 обвиняемых в похищении людей.

Созданные в Чеченской Республике подразделения спе­циального назначения из числа чеченцев - ОМОН МВД ПО ЧР, полк милиции Управления вневедомственной охраны при МВД ЧР, полк специального назначения им. Героя Рос­сии А. А. Кадырова (ППСП), батальоны в системе министер­ства обороны Российской Федерации - на деле показали свою профессиональную выучку, мобильность, героизм и мужество при выполнении боевых задач. Именно этими подразделе­ниями проведено большинство всех специальных операций в Чеченской Республике по нейтрализации международных террористов. Под командованием В. Усмаева полк специаль­ного назначения им. Героя России А. А. Кадырова (ППСП, на тот период ПМСН), сформированный и укомплектованный в 2004 г., за время своего существования провел более 1880 мас­штабных спецопераций, оперативно-розыскных и засадных мероприятий. В результате данных мероприятий уничтоже­но свыше 400 участников НВФ, в том числе 42 бандглаваря. С момента образования полка при исполнении служебного долга погибли 144 сотрудника, 327 были ранены. При этом 63 сотрудника награждены орденами Мужества, 31 из них - по­смертно. За героизм и мужество сотрудник полка Муслим Исмаилов был удостоен звания Героя Российской Федерации (посмертно). Кроме того, 24 сотрудника награждены высшей наградой республики - орденом Кадырова, в том числе пя­теро посмертно. Одной среди многочисленных успешных операций ПМСН им. А. А. Кадырова по уничтожению банд­группы следует назвать проведенную специальную операцию в горно-лесистой местности Ножай-Юртовского района. В ре­зультате боя было уничтожено 13 бандитов, двое взяты в плен.

«Уничтоженная группа находилась в непосредственном под­чинении дагестанского главаря боевиков Хайрулы Имурзае- ва». Все участники незаконного вооруженного формирования, которое проникло на территорию Чеченской Республики, являлись жителями с. Нурадилово Хасавюртовского района Дагестана. За проявленный героизм и профессионализм зва­ние Героя России было присвоено командиру полка милиции специального назначения №2 им. А.-Х. Кадырова МВД по ЧР полковнику Вахиту Усмаеву.

Согласно сведениям официального сайта МВД по Чечен­ской Республике, по состоянию на 9 ноября 2015 г. 11 сотруд­ников ведомства удостоены высшей награды страны Герой России, 85 сотрудников МВД по ЧР награждены орденами Мужества, 137 сотрудников МВД по ЧР награждены орденами Мужества посмертно. За этими цифрами стоят спасенные человеческие жизни многих людей. Проведение специальных операций в Чеченской Республике подразделениями, сфор­мированными из числа чеченцев, способствовало следующе­му:

-      изменилась тактика проведения зачисток, в результате которых ранее исчезали мирные жители; теперь они стали адресными, при их проведении участвовали представители правоохранительных органов Чеченской Республики; прекра­тилось хаотичное движение армейской колесной и гусенич­ной бронетехники и инциденты с наездами военнослужащих, находящимися в состоянии алкогольного опьянения, на граж­данский транспорт;

-      знание местности, самого населения при проведении специальных мероприятий способствовало точечным дей­ствиям в населенных пунктах при проведении адресных ме­роприятий, что позволило ликвидировать и нейтрализовать членов террористического бандитского подполья;

-      оперативная информация, получаемая от граждан из населенных пунктов, в которых скрывались или бесчинство­вали в ночное время суток террористы, имела достоверный характер, что позволяло сотрудникам спецслужб реагировать молниеносно;

-      созданные специальные мобильные группы из числа чеченцев в составе милицейских и армейских подразделений эффективно действовали в городской и сельской местности, избегая жертв со стороны гражданского населения;

-      эффективное взаимодействие и координация задач между УФСБ по Чеченской Республике, МВД по Чеченской Республике;

-      тактика проведения боевых операций заключалась в привлечении к выполнению боевых задач наименьшего коли­чества людей, в основном повзводно, в отдельных случаях по- ротно и побатальонно. Упор делался на эффект внезапности, знание маршрутов возможного отхода террористов или же возможного прорыва к ним на помощь других членов терро­ристического подполья; высокая снайперская подготовка че­ченских подразделений в боестолкновениях позволяла нане­сти максимальный урон противнику;

-      ключевым моментом в военном успехе над международ­ными террористами и экстремистами при боестолкновениях с ними стало прекрасное знание чеченскими подразделениями их тактики и действий (особенно в горно-лесистой местности). Элемент постоянного преследования разрозненных групп террористов в труднодоступных районах не позволял им бы­стро восстанавливать силы и боеспособность, что к 2007 г. спо­собствовало полному контролю ситуации во всех населенных пунктах как в дневное, так и в ночное время суток; произошел перевод ситуации из прямого огневого контакта в минно­взрывную диверсионную;

-      успешным стал разработанный и реализованный на практике в Чеченской Республике механизм осуществления служебных функций сотрудниками полиции посредством распределения их по районам и населенным пунктам, выход­цами из которых они являются, с целью формирования у них повышенного чувства ответственности на принципах чечен­ского кодекса чести «Нохчалла» («Чеченскость»), когда перед каждым стоит вопрос (предполагающий действия) «Кто обе­спечит порядок и закон, если не я сам?» Здесь мы наблюдаем по сути возможный и необходимый союз традиционного и официального порядка и их взаимодействие;

-      была выстроена работа по формированию имиджа со­трудника правоохранительных органов, в Чеченской Респу­блике было запрещено ношение масок (балаклав) при вы­полнении специальных операций. Сделано это было для того, чтобы обозначить, что сотрудникам правоохранительных органов нет необходимости скрывать свои лица при осущест­влении тех или иных действий по защите закона. В условиях чеченского менталитета это был очень ответственный шаг, с большой долей риска, поскольку это означало, что террори­сты могут мстить сотрудникам, ставшим известными. Тем не менее, это нововведение стало мощным идеологическим фак­тором, объединившим народ, армию, милицию в деле борьбы с преступностью, кроме того, повысился самоконтроль к себе у самих стражей порядка. Большое внимание было уделено правильному ношению форменной одежды каждым из под­разделений того или иного ведомства для идентифицирова­ния принадлежности к конкретному ведомству. За каждого сотрудника, принятого в правоохранительные органы, ответ­ственность была возложена персонально на командиров под­разделений, поручителей из числа духовенства, авторитетных старейшин. На улицах Чеченской Республики сократилось присутствие вооруженных людей в камуфляжной форме без опознавательных знаков. Это обстоятельство лишало террори­стов смешиваться визуально со всеми, выдавая себя за сотруд­ников силовых ведомств. Тотальный контроль сотрудниками УСБ МВД по ЧР за сотрудниками правоохранительных орга­нов (их боевых предписаний, оружия и форменного обмунди­ровании) повысил общую дисциплину и вселил в граждан в том числе и психологическую уверенность. Патрулирование Грозного «тройками» из числа бойцов ППСМ МВД по ЧР кон­кретных участков в ночное и дневное время суток лишало тер­рористов возможности скрытно закладывать минно-взрывные устройства с дистанционными взрывателями, это привело к тому, что им пришлось использовать для этой цели «живые бомбы», т.е. смертников;

-      уничтожение террористов и экстремистов сказалось на резком сокращении количества прибывающих дополнитель­но наемников из различных государств. Многие из них были уничтожены или переданы правосудию. Одним из примеров является суд над алжирским наемником. В Верховном суде

Чеченской Республики в 2006 г. был вынесен обвинительный приговор в отношении алжирского наемника Бурахли Каме- ло, воевавшего в Чечне и задержанного в сентябре 2004 г. на территории Дагестана. Он был признан виновным в незакон­ном переходе государственной границы, в незаконном обо­роте оружия, в терроризме, а также в захвате в заложники помощника коменданта Веденского района С.К. Бареева, кото­рый впоследствии был убит. Алжирец был осужден на 24 года лишения свободы;

- персональное закрепление за каждым из специальных подразделений МВД по ЧР, ВВ МВД РФ конкретной бандгруп­пы. Ее поиск, нейтрализация является успешным фактором решения служебно-боевых задач без «размытия» на общие за­дачи и цели. Успешная борьба с силами международного тер­роризма и экстремизма, осуществляемая силами чеченских правоохранителей, лишила возможности получения новых рекрутов для террористов, за счет неправомерных действий, имевших ранее место при проведении зачисток со стороны федеральных сил. В Чеченской Республике идея мира и ста­бильности стала главной целью борьбы с деструктивными си­лами. Министр внутренних дел Российской Федерации Рашид Нургалиев, характеризуя профессионализм и эффективность чеченских силовиков, сделал вывод о том, что «объективно самыми боеспособными, подготовленными, технически осна­щенными и обустроенными являются подразделения МВД по Чеченской Республике».

Участие в специальных операциях во главе подразделе­ний Антитеррористического центра Рамзана Кадырова, из­вестного среди военных под радиопозывным «Дустум», стало ярким примером того, что политическое руководство региона не отсиживается в кабинетах, а занимается на практике слож­ной и опасной ежедневной работой по борьбе с международ­ным терроризмом и экстремизмом. Данный личный пример имел мощное идеологическое и воспитательное значение для подрастающего поколения. Работа в органах правопорядка стала престижным стремлением защитить отечество от сил зла.

В мае 2007 г. Р. Кадыров возглавил антитеррористическую комиссию республики. Был подписан указ о мерах противо­действия терроризму на территории Чеченской Республи­ки. Согласно данным комиссии, с момента её образования (апрель 2007) спецподразделениями МВД по Чечне и УФСБ по Чеченской Республике были нейтрализованы 12 полевых ко­мандиров и 60 боевиков, задержаны 444 участника незаконных вооружённых формирований и их пособники, ликвидировано 283 базы, 452 тайника с оружием и боеприпасами.

Совершенно справедливым и объективным нам видится сделанное в рассматриваемый период заявление председателя Национального антитеррористического комитета директора ФСБ Российской Федерации Н. П. Патрушева от 15.07.2006 г., в котором он подчеркивал «успех антитеррористической борь­бы зависит не только от действий силовых структур... Только совместными усилиями государственных органов, общественных организаций и бизнес-сообщества можно добиться се­рьезных позитивных перемен по всем этим направлениям». Безусловно, объявленная амнистия - это еще один фактор, способствовавший завершению войны в Чечне. Если в первую чеченскую войну подавляющее большинство её участников были сторонниками идеи построения независимого государ­ства, то наименьшее её число на тот период составляли ра­дикалы с убеждениями «арабизации». Фактически это была гражданская война на территории страны. После окончания первой чеченской кампании (1996 г.) режим, утвердившийся в Чечне, похоронил своими негативными действиями идею независимого государства с демократическими принципами свойственными чеченскому менталитету. Идеи радикального ближневосточного религиозного течения взяли фактически вверх над многовековыми принципами ислама, исповедовав­шегося чеченцами, даже в самые трудные годы атеистической пропаганды сохранявших и чтивших религиозные принципы тарикатов, практически были сломлены их национально-эт­нические принципы «чеченскости», где слово старших имело силу официального закона. Единственным человеком, бросив­шим вызов этому беспределу, стал А. А. Кадыров.

Терроризм как явление неприемлемо для чеченского мен­талитета. Об этом фактически указывает и исследователь Б. Н. Кашников. Если абстрагироваться от названия, избранного ав­тором для своего исследования, то в самой работе мы находим как объективные стороны, так и спорные моменты. К началь­ной группе мы отнесем вывод автора относительно первой че­ченской кампании. Он отмечает, что в начале войны чеченцы не осуществляли террор как метод борьбы. Автор пишет о сле­довании ненарушению норм международного гуманитарного права и правил ведения боевых действий. О принципах дис­криминации и пропорциональности (основных принципов цивилизованного ведения войны, принципы «Jus ad Bellum», их отношение к пленным было достаточно гуманным). Дру­гой вывод автора, выраженный в том, что «террор одних че­ченцев по отношению к другим привел к ответному террору и всеобщей вендетте» не находит у нас солидарности, ввиду того, что борьба с международным терроризмом, объявлен­ная властью и народом, не может классифицироваться как «терроризм». Что касается вооруженной борьбы народных сил (на примере ополчения), то, здесь мы имеем классический пример защиты своей земли, жизни, нравственных ценностей, близких. Подтверждение этому геройский поступок чеченско­го подростка М. Ташухаджиева, со своим младшим братом вступившего в бой с превосходящими силами международ­ных террористов, погибшего в результате боя, но сумевшего уничтожить наиболее одиозного главаря террористов, за ко­торым длительное время безуспешно охотились федеральные войска.

Вторая чеченская кампания понималась в самой Чечне как война с международным терроризмом, в страшное гор­нило которой попал чеченский народ. Именно поэтому сре­ди воевавших во вторую чеченскую кампанию на противопо­ложной стороне подавляющее большинство было радикально настроенных международных террористов и экстремистов, и лишь небольшое число ложно считавших идею национальной независимости приоритетной. Именно за последнюю катего­рию предстояла битва добра со злом, чтобы сделать из них оплот будущего мира. Сам народ, не покидавший территорию республики, испытывал на себе все тяготы этой войны. Следо­вательно, перед народом и его лидером А. А. Кадыровым сто­яла сложная задача вернуть к миру тех, кто попал в ряды неза­конных вооруженных формирований либо по заблуждению, либо по причине проявления жестокости со стороны тех, кто должен был, по сути, наводить конституционный порядок, но вместо этого своими действиями преступил закон и вынуждал преступить других. Именно они должны были стать впослед­ствии ключевой ударной силой в борьбе с международным терроризмом и экстремизмом.

Мы имеем совершенно уникальную ситуацию, когда осознанное решение политического руководства страны в лице нашего национального лидера В. В. Путина - о доверии чеченскому народу навести порядок в регионе и покончить с международным терроризмом предопределило успех окон­чания чеченской войны как одной из самых трагических стра­ниц в истории многонациональной России. Нормативный механизм амнистирования выглядел следующим образом. При решении вопроса о привлечении либо об освобождении от уголовной ответственности добровольно явившихся с по­винной участников незаконных вооруженных формирований правоохранительные органы руководствовались нормами Уго­ловно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК России). Статьей 142 УПК РФ регламентировался по­рядок принятия заявления о явке с повинной - добровольного сообщения лица о совершенном им преступлении. Заявление о явке с повинной может быть сделано как в письменном, так и в устном виде. Устное заявление принимается и заносится в протокол в порядке, установленном частью третьей статьи 141 УПК России. Вместе с тем, принимая во внимание политиче­скую значимость добровольной явки с повинной лиц, являв­шихся участниками незаконных вооруженных формирований, при строгом следовании нормам УПК России правоохрани­тельным органам одновременно надлежало руководствоваться следующим: добровольные заявления лиц о явке с повинной незамедлительно оформлять документально; указанные лица должны были оперативно доставляться в органы внутренних дел, органы федеральной службы безопасности или органы прокуратуры для принятия соответствующих процессуальных решений и применения мер процессуального принуждения или мер пресечения; ...в отношении указанных лиц, привле­ченных к уголовной ответ ственности за совершение других преступлений, в случае их активной помощи следствию изы­скивать возможности применения положений УК России, свя­занных со смягчением наказания.

Однако главным для бывших членов НВФ, их возвраще­ния к мирной жизни, адаптации в социальной среде были гарантии руководства Чеченской Республики в части обеспечения их возвращения к мирной жизни, при главном условии - если они не запятнали себя кровью. Наблюдалась высокая эффективность реализации постановлений Правительства Че­ченской Республики №2, 27 и 97 2004 г., на основании кото­рых только за 2008 г. жителями Чеченской Республики добро­вольно сдано на возмездной основе 66 единиц огнестрельного оружия, 53 гранаты, свыше 6000 снарядов, 3 мины, около 5000 различных боеприпасов, 1 т взрывчатых веществ. За данные предметы вооружения населению выплачено 24,2 млн. рублей. Положительными факторами достижения таких результатов являются: состоявшаяся в 2006-2007 гг. широкомасштабная амнистия бывших участников НВФ, добровольно отказавших­ся от преступной деятельности и явившихся с повинной; за­прещение на территории ЧР игрового бизнеса всех видов; ве­дение ограничений на торговлю спиртными напитками.

В целом нормативно-правовой базой антитеррористиче­ской комиссии в Чеченской республики являются: Указ Прези­дента РФ от 15 февраля 2006 г. № 116 «О мерах по противодей­ствию терроризму»; Указ Президента Чеченской Республики от 28 апреля 2007 г. № 170 «О мерах по противодействию тер­роризму на территории Чеченской Республики»; Указ Прези­дента Чеченской Республики от 29 декабря 2009 г. № 397 «Об утверждении Типового положения о постоянно действующих рабочих группах Антитеррористической комиссии Чеченской Республики, Типового положения, Типового регламента и Типового состава антитеррористической комиссии муници­пального образования Чеченской Республики»; Указ Прези­дента Чеченской Республики от 29 декабря 2009 г. № 398 «Об утверждении рабочих групп Антитеррористической комис­сии Чеченской Республики»; Федеральный закон Российской Федерации от 6 марта 2006 г. № 35-ФЗ «О противодействии терроризму»; Положение об Антитеррористической комис­сии в субъекте Российской Федерации (утвержденное Наци­ональным антитеррористическим комитетом 7 июля 2006 г.). На территории республики развёрнута деятельность 26 рабо­чих органов АТК ЧР: 17 антитеррористических комиссий му­ниципальных образований (городов и районов), 9 постоянно действующих рабочих групп, возглавляемых главами муници­пальных образований и отраслевыми министрами Правитель­ства Чеченской Республики. Основной задачей этих комиссий является реализация на местах принятых решений республи­канской комиссией, а также отдельных указаний НАК и АТК в области противодействия терроризму.

Социально-экономический фактор. Другим фактором успе­ха является одновременное решение социально-экономиче­ских вопросов, не дожидаясь решения военной составляющей. Хотя именно у последнего варианта было больше противни­ков безосновательно считавших, что Чеченская Республика «съедает деньги налогоплательщиков страны». Однако именно для них в данном исследовании приведем дейктический ма­териал с отдельными цифрами, которые, возможно, объяснят им ошибочность данной позиции.

Если руководствоваться подсчетами специалистов, то в ноябре 2002 г. заместитель председателя комитета Федераль­ного Собрания Государственной Думы России по обороне Алексей Арбатов сообщил, что в период активных боевых действий (осень 1999 г. - зима 2000 г.) на контртеррористиче­скую операцию уходило 20-30 млрд. руб. в год, затем расходы снизились до 10-15 млрд. руб. В докладе одного из ведущих экономистов в стране Руслана Хасбулатова и бывшего депута­та Ивана Рыбкина «Экономические аспекты войны в Чечне» от апреля 2003 г. сообщалось: на развертывание войск и боевые действия с сентября 1999 г. до конца 2000 г. ушло $10-12 млрд., в 2001 году - $11-13 млрд., в 2002 г. - $10-12 млрд., за три ме­сяца 2003 г. - около $3 млрд68. Очевидно, что у тех, кто ратовал за то, чтобы Чечне не выделяли деньги, было стремление под­менить истинное положение ситуации, по логике недоброже­лателей как в самой стране, так и за пределами следует, что лучше тратить деньги на войну, гибель гражданских и воен­ных, чем созидать и укреплять российскую государственность, мир и безопасность её граждан. По их логике чеченцы им не соотечественники. Если давать научную оценку подобных суж­дений они коротко характеризуются нами антиномическими.

Восстановление экономики и социальной сферы Чечен­ской Республики происходило посредством принятия и ре­ализации одноименной программы на 2002 и другие годы. Однако ее реализация во многом является успехом триады действий: федерального центра, руководства республики и колоссального труда её граждан. Как отмечает исследователь С. Решиев, в 2007 г. были введены в строй более двухсот объ­ектов из этой программы, в основном социальной сферы ре­спублики. Фактическое финансирование ФЦП, по данным федерального казначейства, составило 46933,0325 млн. рублей. Успешная реализация данной программы способствовала к разработке и принятию федеральным центром и Правитель­ством Чеченской Республики ФЦП «Социально-экономи­ческое развитие Чеченской Республики 2008-2012 гг.». Фак­тическое финансирование ФЦП на 1 июля 2012 г. составило 89348,8251 млн. рублей69. Ключевыми факторами успешной реализации данной программы стали: отмеченный выше факт интенсивного взаимодействия, финансирование согласно сро­кам, установленным в программе по факту выполнения работ и полный контроль за точностью и целевым назначением рас­ходования выделяемых средств Главой Чеченской Республики Р. Кадыровым. Именно последний фактор является ключевым в успехе чеченского социально-экономического возрождения в первом десятилетии XXI в., когда республика, лежавшая в ру­инах, не только была отстроена, но стала визитной карточкой юга России.

До назначения Р. Кадырова Председателем Правитель­ства Чеченской Республики ситуация с безработицей в регио­не была критической, её уровень превышал 70%, фронтальное наступление на решение не только военных и поствоенных проблем, но и социально-экономических вопросов, позволи­ло в несколько раз снизить безработицу в регионе с полностью разрушенной экономикой и инфраструктурой. Если в 2006 г. рост валового регионального продукта в Чеченской Респу­блике составил 11,9%, то в 2007 - 26,4%70. Согласно данным министерства экономического, территориального развития и торговли Чеченской Республики уровень регистрируемой без­работицы в 2015 г. сократился до 15,3%. Главой ЧР Рамзаном Кадыровым перед региональными властями обозначена прио­ритетная задача - свести к 2018 г. безработицу к 5% уровню. По данным Минэкономтерразвития ЧР, в результате реализации комплекса мер только в 2015 г. создано 20535 рабочих мест. Создание рабочих мест, высокий уровень занятости населения в совокупности способствуют решению задачи противодей­ствия распространения терроризма и экстремизма, в том чис­ле приводит к исключению вовлечения в террористические организации молодых людей по причине отсутствия возмож­ностей для их социальной реализации.

В июне 2008 г. руководитель администрации Президента России Сергей Нарышкин и его первый заместитель Владис­лав Сурков, проинспектировав ход реконструкции, отметили, что впечатлены темпами восстановления Чечни под руковод­ством Рамзана Кадырова. Здесь, выходя за рамки академи­ческой науки, нам хотелось бы адресовать вопрос тем экспер­там, которые регулярно возмущаются, что Чечне выделялось множество денег, а в других субъектах нет столь интенсивного развития как в Чеченской Республике. Судя по вышеприве­денным цифрам, которые в сравнении с российскими реги­онами мало чем отличаются, что мешало и мешает другим субъектам федерации сделать подобный рывок? Если учесть, что положение, в котором находилась Чеченская Республика, было заведомо худшим по всем факторам в 2005-2006 гг., то иначе как экономический прорыв охарактеризовать успехи Чеченской Республики по строительству городов и сел, вводом в эксплуатацию крупных объектов различного назначения не представляется возможным.

Самое большое число дотаций, исходя из расчета на душу населения, приходится на Камчатку, Магаданскую об­ласть, Якутию, Туву, Алтай, Еврейскую автономную область, Бурятию, Чукотку. К примеру, на каждого жителя Камчатки приходится почти 100 тыс. рублей, то в Чечне этот показатель - чуть более 13 тыс.. Способность власти консолидировать во­круг себя чеченскую бизнес-элиту, активно включившуюся в возрождение республики, привлечение руководством Чечен­ской Республики крупных инвестиций, создание реального инвестиционного интереса к Чеченской Республике позво­лили реализовать мегапроекты «Грозный-сити», «Гудермес- сити», «Шали-сити», строительство уникальных сооружений «Сердце Чечни», «Сердце матери», комплекса «Грозненское море», спортивно-туристического комплекса «Кезеной-Ам», крупнейшего автодрома на юге страны «Крепость-Грозный», комплекса «Колизей» и целого ряда крупных объектов раз­личного назначения. Все это тоже является элементом эффек­тивной борьбы с международным терроризмом и экстремиз­мом.

С 2013 г. было привлечено инвестиций в объёме 128 млрд. рублей. Благодаря этой работе безработица снизилась в 2013 г. с 27 до 18%. Ежегодно стала возрастать цифра налогов, со­бранных в Чеченской Республике. В 2005 г. в Чечне было со­брано налогов на сумму 8 млрд. рублей. В 2006 г. было собра­но 10 млрд. 44 млн. налогов в федеральный бюджет. Впервые удалось перешагнуть барьер в 10 млрд. рублей. Только за семь месяцев 2007 г. в бюджетную систему РФ по Управлению Федеральной налоговой службы России по Чеченской Респу­блике поступило 6736,1 млн. рублей. В сравнении с анало­гичным периодом 2006 г. объем поступлений вырос на 639,6 млн. рублей с темпом роста 110,5%. В федеральный бюджет (с учетом единого социального налога, зачисляемого в федераль­ный бюджет) поступило 3410,7 млн. рублей. Дополнительно в федеральный бюджет поступило налогов и сборов в сумме 36,2 млн. рублей. В консолидированный бюджет Чеченской Республики поступило 2208,3 млн. рублей, из них в местные бюджеты - 940,9 млн. рублей. По сравнению с 2006 г. объем по­ступлений вырос на 439,8 млн. рублей с темпом роста 124,9%. В государственные внебюджетные фонды поступило 1117,1 млн. рублей. По сравнению с аналогичным периодом 2006 г., объ­ем поступлений вырос на 325,8 млн. рублей с темпом роста 141,2%. В январе-декабре 2008 г. налоговыми органами Че­ченской Республики мобилизовано в бюджетную систему Рос­сийской Федерации свыше 16,5 млрд. рублей в виде налогов, сборов и иных обязательных платежей. За 4 месяца 2010 г. в бюджет республики налогов поступило на 1 млрд. 736 млн. ру­блей. За аналогичный период 2009 г. было 1 млрд. 638 млн. ру- блей. За пять месяцев 2011 г. с территории Чеченской Респу­блики в бюджетную систему страны налогов, сборов и иных обязательных платежей поступило на сумму, превышающую 4,4 млрд. рублей. Соотношение поступлений к аналогичному периоду 2010 г. составило 13,3 процента (519,5 млн. рублей). Произошло пополнение федерального бюджета на 1,8 млрд. рублей, что на 15% (232,4 млн. рублей больше, чем 2010 г.). В консолидированный бюджет Чеченской Республики мобили­зовано свыше 2,6 миллиардов рублей. Пополнение казны ре­спублики составило 18% (398,6 млн. рублей). Индикативные показатели по федеральной казне, доведенные Федеральной налоговой службой, и консолидированному бюджету Чечен­ской Республики были исполнены на 110,5 и 110,5% соответственно.

Эффективное управление регионом, форсированный переход от сложных стадий, требовавших длительного вре­менного цикла, достигнуто путем формирования команды с ориентацией на эффективного руководителя. Здесь очень чет­ко проявились управленческие качества руководителя Чечен­ской Республики, Героя России Р. А. Кадырова. Во главу угла при отождествлении себя с понятием «Команда», ставится профессионализм человека вне зависимости от былых заслуг и регалий. Причем речь идет о профессионализме, формиру­ющемся в условиях повседневных реалий, и здесь опытность проявляется не по возрастному критерию, а по умению ре­шать возникающие задачи быстро и качественно. Управленец должен быть мобильным, способным решить поставленную задачу. Интересы общества, ответственность перед обществом являются мерилом его компетентности при оценке професси­онализма и востребованности. Именно поэтому в Чеченской Республике наблюдается высокая ротация аппарата государ­ственных и муниципальных служащих. Только за период с 2000 по 2015 г. в министерстве Чеченской Республики по наци­ональной политике, печати и информации сменилось 7 мини­стров, такие количественные изменения имеют главную цель повышение эффективности работы. Идет постоянный поиск и внедрение эффективных управленцев на всех уровнях.

Эффективная политика руководства Чеченской Респу­блики в области строительства, безопасности, создания благо­приятной инфраструктуры повсеместно положительно вли­яет и на другие регионы (в первую очередь близлежащие к Чеченской Республике), способствуя внедрению если не чечен­ского аналога, то нечто схожего с «чеченским» опытом у себя в регионах. Здесь очень важно подчеркнуть очень значимый аспект этой здоровой конкуренции. Чеченская Республика в начале 2000-х гг. находилась в позиции даже несовместимой с аутсайдерской, её инфраструктура была разрушена на 90%. Следовательно, речь шла о возрождении с нулевого цикла, от законодательной базы до инфраструктуры, но не о модерни­зации, какую переживают сегодня другие регионы, что делает их положение изначально выгодным, чем состояние Чечен­ской Республики, в начале 2000-х гг. столкнувшейся в первую очередь с процессом «расчистки завалов» на всей своей терри­тории.

Многое из того, что было успешно апробировано в Че­ченской Республике, было также принято и в других регионах страны. Была объявлена беспощадная война теневому игор­ному бизнесу, в 2005 г. в Чечне «однорукие бандиты» были ликвидированы первыми среди других российских регионов. Следуя п. 4 ст. 35 Конституции Чеченской Республики, закре­пляющей, что общепризнанные традиции и обычаи народов Чеченской Республики - уважение к старшему, женщине, лю­дям различных религиозных убеждений, гостеприимство, ми­лосердие - священны, охраняются Конституцией Чеченской Республики и законами республики, в регионе было запре­щено похищение невест, приводившее к конфликтным ситуа­циям внутри чеченского общества. Это очень положительный опыт, который нуждается в апробации и в других регионах Северного Кавказа, которым свойственен полиюридизм. При этом, здесь будет уместен вывод, сделанный А. В. Малашенко: человек, который, занимая рутинный пост главы одного из 83 субъектов Федерации, попал в центр российской политики, не может не вызывать зависть.

Завершение войны в Чечне и восстановление её после во­енных событий решало не одну, а целую группу задач, от вну­триполитических до внешнеполитических: перестали гибнуть военнослужащие и милиционеры, откомандированные из ре­гионов России, вместо них, защищая интересы своего народа и России, гибли сотни чеченских милиционеров; остановил­ся поток внутренней миграции, когда спасавшиеся от войны граждане тысячами перемещались внутри страны; решение чеченской проблемы лишило страны Запада и Ближнего Востока возможности попрекать Россию и пытаться шанта­жировать нашу страну нарушением прав человека на между­народной арене. На практике направление одного крупного милицейского или войскового подразделения из других реги­онов страны означало, что они должны быть передислоциро­ваны в регион со своей техникой, провиантом и вооружением, авиационным или железнодорожным транспортом. Это при­водило к большим финансовым затратам для бюджета стра­ны. С созданием чеченской милиции, помимо основных за­дач, в том числе решалась указанная обременительная задача. Ключевой боевой составляющей в Чеченской Республике при проведении специальных операций являются подразделения специального назначения. Современный чеченский спецназ - это подразделение специального назначения в системе МВД по ЧР, Министерства обороны Российской Федерации, в кото­рое входят лучшие бойцы из всех подразделений республики. Свое мастерство и профессионализм, отточенные в реальных боевых операциях, они с успехом демонстрируют и в воен­но-спортивных состязаниях среди аналогичных специальных подразделений как в стране, так и за ее пределами. Высту­пление сборной команды России на королевском чемпионате мира среди силовых спецподразделений в 2015 г. в Иордании показало, что чеченские бойцы - лучшие в мире. Команда под руководством Д. Мартынова стала четырехкратным золотым призером, двукратным серебряным и трехкратным бронзо­вым призером чемпионата в различных состязаниях. В чем­пионате принимали участие 43 команды из десятков стран мира, включая мировые державы. Соревнования проходили в Королевском Центре подготовки подразделений специально­го назначения (The King Abdullah II special operations training center). После победы «российского спецназа чеченского про­исхождения» перенимать опыт первыми в республику при­ехали коллеги из Казахстана.

В селении Центарой Курчалоевского района Чеченской Республики в июне 2014 г. был открыт многопрофильный учебно-тренировочный Центр СОБР «Терек» ГУ МВД РФ по СКФО. Современный учебный центр располагает казармой, полосой препятствий, спортивным и тренажерным залами, стрелковым тиром и другими объектами, необходимыми для подготовки спецназа. Ведется строительство Международного центра сил специального назначения под Гудермесом. В дан­ном центре будут готовить подразделения специального на­значения всех родов и видов войск, а также спецслужб Россий­ской Федерации и других стран. Предполагается, что он будет единственным в России и одним из немногих в мире. В уни­кальном центре будет вестись подготовка спецназовцев для действий в лесной местности, на воде и воздухе, на земле и в условиях горного ландшафта. Подобные центры в значитель­ной степени способствуют профессиональному росту бойцов специального назначения, которые в учебных условиях смогут оттачивать навыки действий в той или иной местности. Мно­гие бойцы чеченского спецназа являются чемпионами в раз­личных видах единоборств. В условиях создающейся на базе Внутренних войск МВД РФ новой самостоятельной структуры Национальной гвардии данные подразделения должны значи­тельно укрепить боевой потенциал будущей структуры.

В Чеченской Республике, впервые на постсоветском про­странстве, по распоряжению Главы ЧР, Героя России Р. А. Кадырова были осуществлены меры, повысившие профессио­нальный имидж и статус работника ГИБДД (в том числе и вну­три самих правоохранительных структур), что несвойственно для постсоветского общества в целом. Все автолюбители, в первую очередь сотрудники силовых ведомств в Чеченской Республике, обязаны неукоснительно соблюдать требования инспекторов ГИБДД МВД по ЧР по соблюдению правил до­рожного движения, предъявлять к досмотру транспорт, слу­жебные удостоверения, предписания. Одновременно было произведено оснащение данной службы самой современной автомобильной техникой (УАЗ «Патриот», Форд «Фокус», Той­ота «Камри», Мерседес-Бенц E-211, Е-212), позволяющей сла­женно и эффективно выполнять служебно-боевые функции. Автопарк и техническое оснащение ГИБДД МВД ПО ЧР явля­ются лучшими среди субъектов Российской Федерации. Для обеспечения указанных задач был сформирован специальный батальон «Грозный». В Чеченской Республике на всех уров­нях формируется выработка соблюдения закона, ни в каждом регионе столь четко соблюдается правило применения рем­ня безопасности автолюбителями, отсутствие автомобилей с чрезмерно тонированными стеклами.

Религиозный фактор. Россия - многонациональная и многоконфессиональная страна. Правильное понимание этих характеристик позволит власти и обществу обезопа­сить себя от проникновений на территорию страны деструк­тивных элементов, не прекращающих попытки заполнить, с одной стороны, имевший место идеологический вакуум, с другой - навязать идеи, чуждые мусульманам страны. От­крытием крупнейшей мечети в Грозном 2008 г. «Сердце Чечни», Российского исламского университета имени Кун- та-Хаджи в столице Чеченской Республике, школ хафизов (учебных заведений для детей и подростков по изучению Корана) по республике, проведение регулярных междуна­родных научно-практических конференций, одна из послед­них - «Суфизм - безопасность для человека и стабильность в государстве», - есть еще одна важная составляющая в борьбе с лжетечениями и идеологиями в пространстве Российской Федерации. Строительством крупных мечетей в каждом го­роде и районном центре, восстановлением священных для чеченцев зияртов шейхов и эвлиа, передачей на хранение реликвий пророка Мухамада (С.1.В) был нанесен идеологи­ческий урон, который лишил возможности обвинять Чечен­скую Республику и её власть в отсутствии должного отно­шения к религии со стороны экстремистов. Второй, более важный, момент этой работы заключается в получении глу­боко образованных молодых специалистов в области теоло­гии из числа представителей национальностей, проживаю­щих в стране (не только чеченцев, но и из других субъектов России), получающих образование не через призму види­мого и невидимого давления ближневосточных наставников за пределами своей Родины (большой и малой), а у себя в регионе. Следовательно, получать ответы и искать истину в глубоком просветительском смысле религии добра и мира ислама.

По классификации, введенной в научный оборот иссле­дователем В. Ю. Гадаевым, об отношении к религиозной вере и научным знаниям, современную чеченскую молодежь уче­ный разделил на 4 типа: наличие веры, но отсутствие глубоких знаний; наличие знаний, но отсутствие глубокой веры; отсут­ствие глубоких знаний и отсутствие глубокой веры; наличие глубокой веры и наличие глубоких знаний. Именно с этим контингентом в Чеченской Республике проводилась и про­должает осуществляться колоссальная идеологическая и вос­питательная работа. В условиях, когда силы международного терроризма и экстремизма перешли к тактике использования живых бомб, важным компонентом активного противодей­ствия этому явлению является работа, проводимая кадиями районов с молодым поколением. Во главу угла ставится разъ­яснение того, что ислам запрещает самоубийство. Кроме того, сама природа самоубийц-смертников не является к тому же исламским нововведением. Террористические акты, соверша­емые самоубийцами, стали широко известны благодаря дви­жению зелотов, боровшихся против римского владычества (в период иудейской войны 66-73 гг. н.э). В Х1-ХШ вв. акты тер­рора совершали исмаилиты Ирана, известные как ассасины, русские народники, камикадзе-японцы, члены националисти­ческих движений в Индии, Шри-Ланке и т.д.. Следовательно, здесь важно установить мотивацию и провести контраргумен­тацию, в первую очередь, с помощью самой религии.

Руководство Чеченской Республики с открытым забра­лом защищало мусульман от циничных нападок как внутри страны, так и из вне, реагируя массовой и беспрецедентной акцией на кощунственные карикатуры французского издания «Шарли Эбдо», защищало интересы многомиллионной уммы верующих в стране. Акцентированное внимание к развитию суфизма есть выстраивание жесткого заслона на пути между­народного терроризма и экстремизма. Вывод, сделанный на одной из научно-практических конференций председателем Совета улемов Чеченской Республики Х.-А.-Х. Кадыровым о том, что «суфизм помог нам выдворить из нашей республи­ки экстремизм, радикализм и опровергнуть обвинение в не­правильности исповедования религии. Суфизм стал знаменем свободы, знаменем победы, знаменем справедливости» - есть идеологическое ядро противодействия ИГ (Иблисскому (дья­вольскому) государству - так расшифровывает эту аббревиа­туру Р. Кадыров). Вот почему Чеченская Республика с первых дней возрождения (А. А. Кадыров) и перехода к развитию (Р.А. Кадыров) делает перманентный акцент на истинное религиоз­ное обучение и воспитание в Северо-Кавказском регионе.

Столица Чеченской Республики г. Грозный, по аналогии с северной столицей России, городом Санкт-Петербург, ста­ла своеобразной «южной мусульманской столицей» России. И это стратегически правильная реализация национальной политики нашего государства. Представляется, что для этого необходимо в дальнейшем развивать созданный в республике потенциал, а именно, нам видится необходимость строитель­ства крупнейшей исламской библиотеки и академии ислама именно в Грозном, поскольку научно-образовательная состав­ляющая данного вопроса должна находиться в постоянном развитии. Важное значение имеют результаты научно-практи­ческих конференций, в результате которых принимаются фет- вы о запрете любых противоправных действий, об отсутствии жестокости и нетерпимости в исламе. В регионе уделяется пристальное внимание и другим религиозным верованиям. Фактически заново был построен храм Архангела Михаила в столице Чеченской Республике, а также храм Рождества Хри­стова в станице Наурской на историческом месте, где в 1937 году стояла деревянная церковь, территории христианских кладбищ ухожены.

Чеченская Республика, сама долгое время являвшаяся сво­еобразной мишенью на международной арене, «перманент­ным упреком» России со стороны Запада и Востока, в конце первого десятилетия ХХ1 в. стала не просто главным оплотом и форпостом российской государственности, но и, выступая со­ставной частью многонационального государства, является за­метным участником внешнеполитической деятельности. Вряд ли исследователи и рядовые граждане страны в 90-е годы ХХ столетия могли бы предположить, что в ХХ1 в. именно Чечен­ская Республика станет центром противодействия экстремиз­му и терроризму не только на оперативных просторах, узких горных тропах, городских кварталах региона, но и на между­народной политической арене - освобождая заложников из числа российских граждан в Украине (освобождение 25 мая 2014 г. телеоператора Марата Сайченко и журналиста Олега Сидякина), в Ливии (12 октября 2015 г. освобождение членов экипажа российского танкера «Механик Чеботарев»), проводя чрезвычайно важные для страны мероприятия международ­ного значения. Среди них необходимо выделить следующие.

18 января 2004 г. Президент Чеченской Республики А. А. Кадыров в Эр-Рияде (Саудовская Аравия) встретился с ко­ролем Саудовской Аравии Абдаллой. Нелишним будет от­метить, что чеченский лидер, наряду с внешней политикой, придавал особое значение восстановлению уз дружбы и до­брососедства с близлежащими регионами. В первую очередь были восстановлены братские отношения с Дагестаном, нала­жено сотрудничество с Татарстаном, Ставропольем.

2 ноября 2008 г. во время визита ливийского лидера Кад­дафи в Москву он встретился с президентом Чеченской Респу­блики Рамзаном Кадыровым. Это был первый визит с 1985 г. в Россию. «В ходе встречи лидер ливийской революции под­черкнул правильность и значимость курса руководства Чечен­ской Республики, направленный на мирную и созидательную жизнь в составе Российской Федерации, определенный в свое время еще первым президентом ЧР Ахмадом Кадыровым. В этой связи ливийский руководитель отметил, что быть в соста­ве РФ в интересах, прежде всего, самой Чеченской Республики и это абсолютно верно и правильно понял и определил пер­вый президент ЧР. Каддафи напомнил, что Ахмад Кадыров входил в генсовет Всемирной Исламской Организации «Со­зыв», и «теперь это место по праву занимает его сын, который продолжил дело отца и делает на этом пути значительные успехи».

21 декабря 2008 г. г. Грозный посетил с визитом глава Па­лестинской национальной автономии Махмуд Аббас. Его ви­зит напрямую связан с успехами чеченского народа с между­народным терроризмом.

23 апреля 2014 г. в г. Грозный под председательством Се­кретаря Совета Безопасности Российской Федерации Н. П. Патрушева состоялось выездное заседание Комитета секрета­рей советов безопасности государств-членов Организации До­говора о коллективной безопасности. Результатом стало под­писание документов, касающихся вопросов развития системы коллективного реагирования государств-членов Организации Договора о коллективной безопасности на чрезвычайные си­туации, взаимодействия по противодействию преступной де­ятельности в информационной сфере, совместных мероприя­тий оперативной и боевой подготовки органов управления и формирований сил и средств системы коллективной безопасности.

19 июня 2014 г. Король Иордании Абдалла II прибыл в Грозный для встречи с Главой Чеченской Республики, Героем России Р. А. Кадыровым. Во время поездки он посетил под­разделения специального назначения МВД по Чеченской Ре­спублике, имеющие опыт борьбы с международным терро­ризмом.

5 октября 2015 г. первый вице-президент Афганистана, генерал Абдул Рашид Дустум в Грозном встретился с главой Чеченской Республики Р. А. Кадыровым. Дустум отметил, что у Чеченской Республики есть реальный опыт борьбы с терроризмом.

15 октября 2015 г. в Грозном состоялась встреча между главой Чеченской Республики Рамзаном Кадыровым и пре­мьер-министром Ливии Халифом Аль-Аввелем. Особое вни­мание было уделено вопросу урегулирования ситуации во­круг экипажа танкера «Механик Чеботарев».

В научном исследовании А. А. Кадырова в свое время были сделаны глубокие выводы и предложения по нормализа­ции ситуации в регионе. Анализ данной работы на современ­ном этапе приводит современных исследователей к выводу, что многое из изложенного им в заключении данной работы нашло практическое применение в 2003-2015 гг. Главной за­дачей в урегулировании конфликта А. А. Кадырову виделся перевод ситуации из внеправовой (незаконной) в правовую (законную). Предполагалось создание реального механизма функционирования Конституции РФ в Чеченской Республике. Вывод о том, что чеченский социум неизбежно обретет свою структуру, когда будет выстроена вертикаль законной власти с её институтами и атрибутикой и начнутся процессы вос­становления её экономики на основе новых политических и экономических отношений, является примером точного про­гнозирования ситуации. На наш взгляд, заслуживает особого внимания глубокий по своему значению и предвидению раз­вития ситуации в мире вывод исследователя А. А. Кадырова, нашедшего свое подтверждение в свете событий на междуна­родной политической арене в 2008-2015 гг.: противостояние России и Чечни никогда не возобновится, если будет укрепле­на Российская государственность, а сама Россия станет поли­тически и экономически независимой страной, вернет себе утраченный статус великой державы.

Чеченская Республика на современном этапе играет важную внутри- и внешнеполитическую роль в развитии со­временной российской государственности. Без всякого пре­увеличения можно констатировать, что вклад чеченского на­рода, равно и других народов России, в этом вопросе весомый. В конце ХХ столетия у чеченского народа был прекрасный исторический шанс выстроить благоприятные отношения между республикой и центром, которые могли сформиро­ваться ввиду интеграции представителей чеченского народа в высшую политическую элиту страны. В 1990 г. народные де­путаты РСФСР первым заместителем Председателя Верхов­ного Совета РСФСР избрали чеченца Р. И. Хасбулатова, а А. А. Аслаханова - членом Президиума российского парламен­та и председателем одного из его профильных комитетов. В 1991 г. союзное министерство химической и нефтехимической промышленности возглавил чеченец С. Н. Хаджиев - доктор химических наук, профессор. Однако этот потенциал был в скором времени утрачен в ходе событий 1991-1995 гг. Другой исторический шанс чеченский народ получил, пройдя через трагедию двух военных кампаний, спустя 10 лет, в 2000 г., ког­да федеральный центр назначил руководителем республики в сложных условиях военного времени А. А. Кадырова. Дея­тельность на этом посту по заслугам оценил чеченский народ, свободным волеизъявлением избравший его президентом. Именно эти созидательные процессы положили начало инте­грации в российскую политику нового поколения чеченских политиков - Р. А. Кадырова, А. С. Делимханова, ныне покой­ного первого Председателя Парламента Чеченской Республи­ки Д. Б. Абдурахманова. Их роль и значение для Российской Федерации вышли далеко за рамки региональных политиков.

По мнению авторитетного отечественного исследователя А. В. Малашенко: критерием успеха в политике является ис­ключительная дееспособность, возможность решать любые вопросы, помимо закона, используя любые методы управле­ния и даже не пользуясь симпатиями большинства общества94. Бесспорно в первой части своего вывода А. В. Малашенко прав, но при этом позволим не согласиться с конечной форму­лировкой относительно чеченского лидера. Чеченское обще­ство, в котором у Р. А. Кадырова наблюдается непоколебимый авторитет, является так же составной частью всего российско­го социума и здесь обратимся к современной политической действительности. Она показывает, что высокий авторитет Р.А. Кадырова среди российской общественности достигнут в силу его исключительной политической активности, твер­дости гражданской позиции, практического патриотизма, проявленного в судьбоносные для страны дни: воссоединения Крыма с Россией, решения «сирийского вопроса», отношени­ем к «турецкому удару в спину», готовностью в любой момент встать на защиту России и её граждан.

В федеральной системе исполнительных органов на со­временном этапе работают чеченцы, прошедшие сложную, но эффективную школу «чеченского возрождения»: Э. А. Исаев - заместитель руководителя Федеральной службы финансово­бюджетного надзора, А. А. Музаев - заместитель руководителя Рособрнадзора, И. С. Вазарханов, с 2013 по 2015 г. работавший в должности начальника Административно-контрольного управления Росфиннадзора.

28 апреля 2016 г. во время проведения второй туристи­ческой выставки «Визит Чечня» в архитектурно-этнографиче­ском музее «Шира Бена-Юрт» на окраине села Беной Ножай- Юртовского района Чеченской Республике глава Ростуризма

О.  Сафонов отметил абсолютную безопасность и дружествен­ность региона. Данный вывод мы приводим целенаправ­ленно, так как туризм - это та объективная сфера индикации истинного положения ситуации в том или ином регионе зем­ного шара, начиная в первую очередь от вопросов безопас­ности и заканчивая социальным интересом. Только за 2015 г. количество туристов, которые приехали в Чечню, увеличилось на 50%, достигнув уровня в 70 тысяч человек.

В контексте подготовки странами членами ООН нацио­нальных стратегий в области противодействия терроризму министерство иностранных дел Российской Федерации в лице официального лица российского дипломатического ведомства директора департамента по вопросам новых вызовов и угроз Ильи Рогачева в 2016 г. официально озвучило вывод о том, что «дерадикализация Северного Кавказа является единственным в мировой практике примером успешной борьбы с экстремиз­мом». Другого такого примера в мире нет. Дипломат конкре­тизировал, что этим примером является Чечня. В заявлении Рогачева очень четко отмечена особенность региона в части ис­пользования элементов традиционного воздействия. В России в борьбе с терроризмом, экстремизмом и злоупотреблением наркотиками, а также в предотвращении преступности основ­ную роль играют «традиционные конфессии, традиционные религиозные общины». Здесь необходимо раскрыть то, что под общей формулировкой «традиционализма» имел в виду официальный представитель министерства иностранных дел Российской Федерации. Так, говоря о «сложности устройства чеченского общества» издано много различных аналитических работ, где, к сожалению, превалировало ошибочное мнение о якобы «тайповой» раздробленности чеченцев, сложной вир- довой (религиозной) сегментации. И как вывод предрекался «афганский вариант» развития событий. Но эти мнения были глубоко ошибочными ввиду незнания предмета исследования изнутри.

Чеченцы - единый народ, сама республика к 2000 г., бу­дучи полностью мононациональной (несмотря на то, что в Че­ченской Республике имеются районы компактного прожива­ния кумыков в Гудермесском и Грозненско-сельском районе, аварцев в Шаройском районе, казаков в Шелковском и Наур­ском районе) едина и неделима на вариации «север» и «юг», «горную» или «равнинную». Это первое доминирующее отли­чие Чечни от многонационального Афганистана. Второе, че­ченское общество - сложный традиционный организм, но он един, взаимосвязан, глубоко патриотичен. Своеобразие мен­талитета, проявляющееся, в том числе, в отдельных бытовых стычках чеченцев с марокканцами, алжирцами, афганцами в европейских странах говорит о том, что для чеченцев принцип «чеченскости», единения в период опасности берет вверх над всеми иными. Именно поэтому, несмотря на политические и религиозные противоречия, чеченский социум обладает как видимой, так и латентной связью всех членов, являющихся частью одного народа нохчи. Можно на какой-то промежуток времени противопоставить одних другим, можно даже при­вести их к явной конфронтации, но не стоит забывать о су­ществующем и развитом в Чечне институте маслаат (прими­рение), который приведет к миру и единению во имя общей идеи. Что и было сделано в Чечне в очень сложный отрезок времени. И инициатором этого единения стал первый Прези­дент Чеченской Республики, Герой России А. А. Кадыров.

По нашему мнению, национальное примирение началось 6 сентября 2002 г., когда был подписан Указ Первого Прези­дента Чеченской Республики, Героя России А. А. Кадырова о Дне гражданского согласия и примирения. Дата выбрана не­случайно - 6 сентября с начала 1990-х гг. в Чеченской Респу­блике праздновался как День независимости и использовал­ся сторонниками Ичкерии как элемент противопоставления себя другим. Значение данного указа для историко-правовой науки чрезвычайно велико, поскольку здесь проявился анти­под политики «разделяй и властвуй» главный постулат чечен­ского общества «мы единый и неделимый народ!».

В основе укрепления согласия нам видится: процесс ам­нистирования; единение между всеми вирдами (мусульман­скими братствами традиционного ислама), отказ от религи­озной раздробленности как таковой в любых ее проявлениях, идеологическое объединение в единой борьбе против сил международного терроризма и экстремизма. Выстраивание структурной системы ответственности поселковых, районных, городских кадиев по работе с местным населением, прожи­вающим в конкретной территориальной зоне, персонифи­цированное закрепление молодого контингента за сельски­ми кадиями для проведения воспитательных мероприятий посредством убеждения; обычно-правовое воздействие по­средством применения симбиоза адатско-шариатских норм, осуществляемое по схеме власть - общество, использование приемов порицания и наказания за негативные деяния род­ственников виновных; важным элементом является идеоло­гическая работа, проводимая местными мусульманскими алимами по раскрытию коварных помыслов экстремистов, прикрывающихся религиозными лозунгами, не имеющими никакого отношения к религии добра и мира - исламу. Это появление передач на республиканском телевидении, созда­ние ТРК «Путь», издательская деятельность, работа в социаль­ных сетях, готовность к диспутам. По настоящему эффектив­ным в борьбе с международным терроризмом показала себя чеченская традиционная правовая культура, сформированная на адатах, авторитете старшего в роду, коллективной ответ­ственности.

Выстраивание композиции подчинения решению стар­шего, основанного на его авторитете, приводит к успешным результатам, когда молодые люди, вступившие на преступ­ный путь, находят осуждение и порицание. Это заставляет, во-первых, усиливать контроль родственниками за молодыми людьми, потенциально находящимися в группе риска, от 14 до 35 лет; во-вторых, у самих молодых людей вырабатывает­ся чувство повышенной ответственности за свои действия. С 2006 г. значительно сократилось участие чеченцев в негатив­ных проявлениях за пределами Чеченской Республики. Здесь применяются, помимо адатских мер воздействия, и шариат­ские, когда на пятничной молитве порицанию подвергаются конкретные виновники и ответственные за них родственники. Данная практика в силу своей эффективности, как нам пред­ставляется, должна развиваться и дальше. К примеру, полу­чает человек водительское удостоверение, поступает в высшее учебное заведение или трудоустраивается, он на доброволь­ных началах может быть приведен к клятве (тоьшалла) о со­блюдении светского и религиозного закона не нарушать права других людей.

Чеченский опыт урегулирования в настоящее время апробируется в т.ч. и на международной политической арене, в Сирийской Арабской Республике. В качестве примера при­ведем процедуру подписания соглашений об установлении зон мира и безопасности между населенными пунктами и силами правительственной армии Сирии, с участием духовен­ства, сил международного контроля, старейшин. Это форма конкретной результативной дипломатии российской модели, ставшая неожиданной для западных партнеров, которая, в от­личие от западного варианта урегулирования сирийского кон­фликта по формуле «плана без плана», дает сегодня реальные результаты.

Чеченский антитерроризм - военно-политическое и со­циально-экономическое народное движение, возникшее в начале XXI в. в Чеченской Республике, вобравшее в себя мно­жество элементов традиционного уклада чеченского народа, стало ключевым фактором уничтожения сил международного терроризма и экстремизма в регионе, угрожавших уничто­жить национальную идентичность чеченского народа с после­дующим его истреблением как этноса, развалить Российскую Федерацию. Это явление, способствовавшее возрождению Чеченской Республики и её дальнейшему эффективному со­циально-экономическому развитию и процветанию. Его отли­чительными чертами выступают вера во Всевышнего Аллаха и надежа на его помощь в борьбе с силами зла, националь­ный патриотизм, основанный на традиционном институте «Нохчалла» («Чеченскость»), святость и незыблемость наци­ональных устоев и традиций, милосердие к нуждающимся в помощи. Источником и правообладателем данного явления является чеченский народ.

Чеченцы отличались своим воинским мастерством, от­вагой и героизмом, проявляемыми ими с древнейших вре­мен при защите своего Даймохка (Земли отцов), интересов государства российского на фронтах Первой мировой войны в составе славной «Дикой дивизии»», единой страны Советов на фронтах Великой Отечественной войны. Сама Чечня с её нефтью была одним из 2 основных «доноров» горюче-сма­зочных материалов для авиационной и другой техники для всей нашей армии. И поэтому, даже не приводя других бес­прецедентных примеров, как подвиги Героев Советского Со­юза пулеметчика Ханпаши Нурадилова, кавалериста Мовла­ди Висаитова, первым встретившегося на Эльбе с союзниками, десятках и сотнях других личностях, можно констатировать бесспорный вклад чеченского народа в защиту государствен­ности нашей страны. Как показала практика последних 15 лет XXI в. к этим качествам добавились так же и другие, очень важные в современном развивающемся мире созидательные тренды, выраженные в стремлении совершенствоваться в раз­личных отраслях мирного бытия. Этот потенциал нуждается в перманентном развитии. Очень важной видится работа по постоянному формированию национального кадрового соста­ва последующих поколений, которые будут так же эффектив­но интегрированы в высшие эшелоны многонационального и многоконфессионального российского государства.


Похожие материалы:

Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика