Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Совершенствование установления фактов в системе ООН
Научные статьи
14.09.17 11:27
КУДИНОВ Алексей Сергеевич
аспирант кафедры международного права МГИМО (У) МИД России

Международное право призвано служить всему человече­ству. Несмотря на то, что повышение его роли выступает не­обходимым условием решения глобальных проблем и, в этой связи, должно образовывать устойчивую тенденцию в разви­тии международных отношений, в последнее время все чаще констатируется низкий уровень его эффективности и кризис­ное состояние. Данная проблема актуализирует идейный по­иск выхода из сложившегося положения. Статья посвящена установлению фактов - одному из перспективных направле­ний, совершенствование которых способно оказать положи­тельное влияние на эффективность международного права.

Международное право обеспечивает баланс интересов всех членов международного сообщества. Если интересы от­дельного государства начинают превалировать над общи­ми, появляется политическое основание для нарушения его норм. При этом само государство-нарушитель, как правило, продолжает настаивать на соблюдении своих обязательств. Возможность провозглашать и развивать такую позицию об­условлена многоэтапностью процесса применения права, который включает в себя установление фактических обстоя­тельств, поиск и толкование применимых норм, соотнесение первых со вторыми и формулирование окончательного выво­да. Первый этап имеет фундаментальное значение, поскольку от его результатов зависят все последующие. Для того чтобы верно применить правило, которое, с точки зрения структуры правовой нормы, закреплено в ее диспозиции, субъекту необ­ходимо определить фактические обстоятельства, названные в гипотезе. Только при установлении истинных фактов право­применение отвечает требованию справедливости. Несмотря на то, что с развитием средств информации становится все сложнее скрыть международное правонарушение, на первый план выходит проблема поиска истинного варианта событий и определения подлинности доказательств.

Полное и точное выяснение фактов может способство­вать уменьшению амплитуды политических взглядов на ту или иную ситуацию и повышению эффективности между­народного права. События последних лет демонстрируют ак­туальность проблемы. Неясность фактических обстоятельств создания Ираком оружия массового уничтожения и связи его правительства с Аль-Каидой в 2003 г. явилась причиной непринятия решения Советом Безопасности ООН и открыла возможности для политического и военного маневрирования США и союзников. Аналогичная причина обусловила инфор­мационное противостояние российских и западных средств массовой информации в начале вооруженного конфликта в Южной Осетии и Абхазии, а также создала основу для даль­нейших спекуляций относительно соответствия действий Рос­сийской Федерации принципам и нормам международного права. Не вполне ясными для международного сообщества были и во многом остаются обстоятельства массовых нару­шений прав человека в Дарфуре в 2004 г., применения хими­ческого оружия в Сирии в 2013 г. Особенно весомой стала фактологическая неопределенность в случае с конфликтом на Украине и воссоединением Крыма с Россией, когда возник­ли существенные противоречия между позициями ведущих стран. Вопросы о присутствии российских войск и сил самоо­бороны в Крыму, их действиях, образующих акт агрессии про­тив Украины, их влиянии на волеизъявление народа Крыма, притеснениях русскоязычного населения, а также о междуна­родном или немеждународном статусе конфликта на востоке Украины не имели и не имеют однозначного разрешения в ри­торике российских и западных политиков и юристов.

В децентрализованном международном правопорядке нет единого органа, который бы давал правовую квалифика­цию событиям международной жизни. Каждое государство формирует собственную позицию и в пределах своих поли­тических возможностей обеспечивает соблюдение норм пра­ва. Аналогичный порядок имеет место и в сфере определения фактов, к которым применяются нормы. Пока не создан ме­ханизм, который бы предписывал государствам определен­ным образом воспринимать то, что фактически происходит в международной жизни. Члены международного сообщества самостоятельны в выборе «фактологической» позиции, но на ее формирование влияют различные факторы: политические интересы, деятельность дипломатических представительств и консульских учреждений, дипломатические визиты, направ­ление наблюдателей и т.д. Большую роль играют средства массовой информации. Они «формируют сознание и волю общества, которые находят отражение во всех видах деятель­ности государства, и обеспечивают общественную поддержку политике». При этом зачастую они освещают международ­ные политические и связанные с ними правовые проблемы в искаженном виде. Данное обстоятельство не может не влиять на общий уровень международно-правовой культуры и про­цесс формирования отдельных позиций государств и обще­ственности относительно событий международной жизни.

Приведенные выше способы отличаются тем, что подкон­трольны отдельным государствам или частным субъектам. В арсенале в целом международного сообщества подобных спо­собов немного. Особое значение среди них имеет процедура международных расследований11. Ее целью является полу­чение объективных сведений о фактических обстоятельствах тех или иных событий, которые могут быть использованы в качестве основы для разрешения международных споров и принятия решений международными организациями. Кроме того, она служит практически универсальным средством обе­спечения выполнения международных обязательств, а также способствует развитию международных отношений, внося в них фактологическую ясность.

Международные расследования классифицируются по субъектам их инициирования и проведения. Расследования ad hoc проводятся миссиями экспертов, которые организуются для каждого конкретного случая государствами и междуна­родными организациями. Кроме того, существует постоянно действующий международный следственный орган - Между­народная гуманитарная комиссия по установлению фактов.

В системе Организации Объединенных Наций расследо­вания осуществляются посредством миссий ad hoc, регулиру­ются Уставом ООН и резолюциями Генеральной Ассамблеи (в последних, как правило, используется другой термин - «уста­новление фактов»), инициируются главными и вспомогатель­ными органами, а также специализированными учреждени­ями.

Значение следственной процедуры заключается в созда­нии информационной основы для деятельности ООН в об­ласти поддержания международного мира и безопасности, а также в легитимации ее решений. Следственные комиссии обеспечивают информированность органов ООН, и таким об­разом играют роль в повышении эффективности деятельно­сти Организации. Их практика зачастую связана с выявлением фактов военных преступлений и преступлений против чело­вечности, а также других нарушений международного права. Полученные сведения используются для судебных разбира­тельств и принятия мер органами ООН, позволяя им адекватно реагировать на ситуации, имеющие международное значение. Другой составляющей является придание собранным данным более высокого статуса по сравнению с той информацией, ко­торая исходит от представителей государств, средств массовой информации и др. Этот статус «легитимирует» принимаемые органами ООН решения. В противном случае они становятся уязвимыми для критики. Примером служит решение Совета Безопасности относительно авиакатастрофы над г. Локерби 1992 г. Констатировав в поведении правительства Ливийской Джамахирии угрозу международному миру и безопасности, Совет Безопасности руководствовался результатами рассле­дования, проведенного США и Великобританией. Вероятно, если бы было организовано международное расследование, то к решению Совета Безопасности по-другому отнеслись бы как третьи государства, так и сама Ливийская Джамахирия.

В Уставе ООН прямое указание на следственную проце­дуру встречается дважды, хотя, как будет показано далее, ряд общих положений о компетенции главных органов также слу­жит ее правовой основой. В ст. 33 «обследование» названо в числе способов разрешения споров, продолжение которых могло бы угрожать поддержанию международного мира и безопасности и к которым участвующие стороны должны об­ращаться прежде всего. Следом за ней в ст. 34 закреплено полномочие Совета Безопасности расследовать любой спор или ситуацию с тем, чтобы определить наличие угрозы миру и безопасности.

Основное регулирование организации и деятельности следственных комиссий в системе ООН осуществляется на уровне резолюций Генеральной Ассамблеи. Впервые она об­ратила внимание на значимость международных расследова­ний для функционирования ООН в 60-е годы XX века. Тогда был принят ряд резолюций, в которых рассматривался вопрос о методах установления фактов. Содержание резолюций было ограниченным: в них подтверждалась приверженность Уставу ООН, подчеркивалась полезность выяснения фактов для предотвращения и мирного разрешения споров, указыва­лось на необходимость дальнейшего изучения этого вопроса.

После обсуждений и резолюций 60-х годов вопросы уста­новления фактов долгое время не рассматривались на высо­ком уровне. Лишь в 1982 г. они были затронуты в Манильской декларации о мирном разрешении международных споров. Тогда государствам-членам было рекомендовано укреплять центральную роль Совета Безопасности, в том числе путем бо­лее частого обращения к процедуре расследования фактов в соответствии с Уставом (пп. 4 п. 2).

К полноценному обсуждению вопроса Генеральная Ас­самблея вернулась в конце 80-х годов. Совету Безопасности было рекомендовано рассматривать возможности: 1) прове­дения консультаций с целью изучения фактов, относящихся к спору или ситуации, и наблюдения за ними при содействии, в случае необходимости, Генерального Секретаря (п. 9); 2) на­правления на ранней стадии миссий по установлению фактов для предотвращения дальнейшего обострения спора или си­туации (п. 12).

Наиболее полный международно-правовой документ, регулирующий вопросы установления фактов органами ООН, был принят в 1991 г. Декларация об установлении фактов Организацией Объединенных Наций в области поддержания международного мира и безопасности закрепляет, что при вы­полнении своих функций, связанных с поддержанием между­народного мира и безопасности, компетентным органам ООН следует стремиться быть полностью осведомленными обо всех соответствующих фактах. От наличия такой информации в значительной степени зависит способность ООН поддержи­вать международный мир и безопасность (Преамбула).

В Декларации определены принципы установления фактов - эта деятельность должна быть всеобъемлющей, объ­ективной, беспристрастной и своевременной (п. 3). Перво­очередным средством названы возможности Генерального Секретаря в области сбора информации. Если же эти меры оказываются безрезультатными, компетентному органу следу­ет рассматривать вопрос об организации специальной миссии по установлению фактов (п. 4).

Инициировать направление миссий вправе Совет Безо­пасности, Генеральная ассамблея и Генеральный Секретарь (п. 7). Совету Безопасности и Генеральной Ассамблее следует рас­сматривать возможность использования данной процедуры и указывать на это в резолюциях всякий раз, когда это уместно (п. 8-11). Главное значение придается возможностям Генераль­ного Секретаря. По Декларации, он должен особое внима­ние уделять установлению фактов на ранней стадии, для того чтобы способствовать предотвращению споров. Вместе с тем, практика складывается таким образом, что большинство мис­сий организуется уже после того, как возникает конфликт.

Генеральный Секретарь несет обязанность составлять и обновлять списки экспертов в различных областях, которых можно привлекать к участию в миссиях. Он должен регуляр­но и систематически следить за состоянием международного мира и безопасности и с этой целью в полной мере использо­вать возможности Секретариата в области сбора информации и держать в поле зрения вопрос о расширении этих возмож­ностей (п. 12-14, 28-29).

В решении компетентного органа о проведении меро­приятий по установлению фактов должны быть определены четкий мандат миссии и требования к итоговому докладу. Со­держание доклада должно ограничиваться изложением фак­тических обстоятельств (п. 17). Любая просьба того или ино­го государства к компетентному органу о направлении на его территорию миссии по установлению фактов должна рассма­триваться без неоправданных задержек (п. 18).

Декларация провозглашает, что государствам следует стремиться к проведению политики, обеспечивающей доступ миссий по установлению фактов на свою территорию. Однако общее правило состоит в необходимости согласия того госу­дарства, куда они направляются (п. 6). Оно обусловлено неже­ланием государств поступаться в какой-либо мере суверени­тетом и допускать на свою территорию экспертов, способных собрать компрометирующие сведения. Так было во время кон­фликта Джибути и Эритреи, когда власти Эритреи отказались допустить экспертов на территорию страны, а также в случае с отказом Израиля сотрудничать с Комиссией Голдстоуна. Сбор данных при этом проводился вне страны назначения путем опроса экспертов, беженцев и других свидетелей.

Принято считать, что условие согласия на допуск миссии не действует в случае, если решение о расследовании принято Советом Безопасности на основании статьи 34 Устава ООН и является обязательным для государств-членов Организации в силу статьи 25 Устава. Обязательность допуска миссии, между тем, не означает, что государство будет сотрудничать с ней. И хотя создание препятствий будет, по возможности, пре­секаться Советом Безопасности, вероятность благоприятного исхода работы существенно снизится. Представляется, что это неизбежное следствие современной конфигурации междуна­родного правопорядка, основанного на методах убеждения, нежели чем принуждения.

Декларация возлагает на государства общие обязанности: своевременно рассматривать просьбу компетентного органа ООН о приеме миссии на свою территорию и незамедлитель­но сообщать о принятом решении, а также стремиться к про­ведению политики, обеспечивающей доступ миссий (п. 19, 21). Также предусмотрены обязанности, которые зависят от принятого государством решения о допуске миссии. В случае отказа государство обязано по возможности сообщать о его причинах (п. 20). При согласии на него возлагается сразу не­сколько обязанностей: сотрудничать с миссиями; предостав­лять миссиям и экспертам все иммунитеты и возможности, необходимые для выполнения ими своего мандата (п. 22-24). Кроме того, заинтересованным государствам на всех этапах процесса должна предоставляться возможность выразить свои мнения (п. 26).

В свою очередь участники миссий обязаны соблюдать законы и постановления государства, на территории кото­рого они выполняют свои функции (п. 24). Миссии обязаны действовать в строгом соответствии со своим мандатом и объ­ективно подходить к выполнению задачи. Их участники не должны запрашивать или получать указания от какого бы то ни было правительства или органа, не являющегося компе­тентным органом ООН. Им надлежит сохранять конфиденци­альный характер информации, полученной при выполнении ими своего мандата (п. 25).

После принятия Декларации в документах Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности принципы и процедура установления фактов не уточнялись, лишь указывалось на воз­можность использования таковой для поддержания мира и безопасности.

Важно заметить, что лишь Совет Безопасности уполномо­чен проводить расследования напрямую Уставом ООН (ст. 34). Как правило, однако, в своих резолюциях он не ссылается на эту статью. Общая практика сегодня такова, что Совет Без­опасности просит Генерального Секретаря организовать мис­сию по установлению фактов (Тимор-Лешти (бывший Восточ­ный Тимор), расследование убийства Б. Бхутто). Такая просьба может быть основана как на главе VI (Югославия, Сомали, Ру­анда), так и на главе VII Устава ООН (Дарфур).

Полномочие Генеральной Ассамблеи создавать следствен­ные комиссии прямо не закреплено в Уставе. Тем не менее, в силу ст. 22 она может учреждать вспомогательные органы и на основании ст. 14 рекомендовать меры мирного урегулирова­ния любой ситуации. Генеральный Секретарь, учреждая след­ственные миссии, основывается на делегированных полномо­чиях, если об этом просит Генеральная Ассамблея или Совет Безопасности. В других случаях основой его решения является ст. 7 Устава, допускающая создание вспомогательных органов Секретариата.

Еще одним органом ООН, который вправе инициировать проведение расследований, является Экономический и Соци­альный Совет. Согласно ст. 68 Устава, он создает комиссии в экономической и социальной области и по поощрению прав человека, а также другие комиссии, которые могут потребо­ваться для выполнения его функций. Полномочиями по ор­ганизации следственных миссий обладает Совет по правам человека, однако они являются подразумеваемыми, посколь­ку не имеют нормативного закрепления. Это обстоятельство затрудняет сотрудничество Совета с государствами, что неиз­бежно сказывается на его возможностях. Верховный комиссар по правам человека может проводить расследования самосто­ятельно или оказывать помощь миссиям, организованным Со­ветом по правам человека и Генеральным Секретарем.

В создании следственных миссий в системе ООН участву­ют также специализированные учреждения, такие как Международная организация труда, Международная организация гражданской авиации и др.

Что касается практики расследований, то за время суще­ствования ООН она стала достаточно обширной. В литературе высказано мнение о том, что в последние годы увеличилось число миссий по установлению фактов, инициируемых Ге­неральным Секретарем, Советом Безопасности и Советом по правам человека. Действительно тенденция общего роста числа расследований существует, однако распределение ини­циатив отдельных органов ООН различно.

Генеральная Ассамблея использовала механизм рассле­дований для выяснения обстоятельств политики апартеида в Южной Африке, смерти П. Лумумбы, Д. Хаммаршёльда и т.д30. Генеральный Секретарь прибегал процедуре в связи с применением химического оружия в период Ирано-иракской войны и в других случаях.

По инициативе Совета Безопасности были проведены расследования в Югославии в 1992 г. и в Руанде в 1994 г. Не­смотря на то, что деятельность комиссий подвергалась крити­ке (за ограниченность мандата, а также за то, что комиссия по Руанде посетила государство назначения лишь однажды), ее итогом стало учреждение соответствующих уголовных трибу­налов. Результаты работы следственной комиссии в Дарфуре в 2004 г. были положены в основу решения Совета Безопасно­сти передать дела о военных преступлениях на рассмотрение Международного уголовного суда. Что касается временных периодов работы Совета Безопасности, то наибольшее число расследований было организовано в 40-е и 90-е годы32. Чаще всего миссии по установлению фактов направлялись на Ближ­ний Восток и в Африку.

Между тем, в последние годы Совет Безопасности ред­ко обращается к процедуре. Вместо него активную роль стал играть Совет по правам человека, который с 2006 г. организо­вал большое число миссий по установлению фактов для раз­личных целей.

Положительной стороной данной тенденции является то, что для процедуры принятия решений Советом по правам человека не характерно право вето кого-либо из участников, как в случае с Советом Безопасности. Таким образом, у Совета по правам человека больше шансов достигнуть политического консенсуса относительно вопроса об отправке миссии по уста­новлению фактов.

По другим аспектам преимущества миссий, которые ор­ганизуются Советом Безопасности, представляются более ве­сомыми. У них есть определенная юридическая основа функ­ционирования, больше возможностей доступа на территорию государств-членов ООН, а также сотрудничества с ними, выше статус итоговых докладов. Совет Безопасности вправе при­нимать обязательные решения, в том числе направленные на привлечение нарушителей международного права к ответ­ственности. Путь, в соответствии с которым Совет по правам человека организует расследование и затем обращает внима­ние Совета Безопасности на его результаты, не способствует оперативности принятия решений.

Другой проблемой является отсутствие единообразия в методологии расследований и форме итоговых отчетов. Пока не разработано руководство по установлению фактов, не соз­даны базы данных проведенных расследований. Ни Устав ООН, ни резолюции, учреждающие миссии, не дают каких- либо указаний относительно того, каким образом расследова­ния должны или могут проводиться, отчеты по итогам рассле­дований не содержат разъяснений о применяемых методах. Процедура и документооборот не стандартизированы, в про­ведении расследований отсутствует преемственность: «нет ин­ституциональной памяти и системы, с помощью которых опыт прошлого мог бы быть использован на благо будущего». Ука­занные обстоятельства затрудняют и замедляют проведение расследований, а также не позволяют оценить качество рабо­ты экспертов и достоверность собранных данных.

В этой связи очевидна потребность в разработке единых методологических и процедурных стандартов деятельности следственных комиссий. Между тем, их применение в услови­ях многообразия миссий, различий в их компетенции и пол­номочиях может оказаться затруднительным.

Это приводит к мысли о необходимости принципиаль­ного изменения порядка организации следственных миссий. Вместо разрозненных миссий ad hoc должен быть образован постоянно действующий орган по установлению фактов. Его существование обеспечит планомерное развитие института международных расследований, приведет к единообразию правовое регулирование и практику их проведения. С созда­нием базы данных появится преемственность и стабильность в расследованиях. Совершенствование методов, процедуры и документооборота повысит оперативность и качество работы экспертов. Кроме того, это позволит давать ей оценку на осно­ве единых критериев.

Другими преимуществами постоянного органа по уста­новлению фактов являются оперативность и авторитет. В случае возникновения ситуации, требующей проведения рас­следования, снизятся затраты времени на организацию и от­правку миссии к месту назначения. Эксперты будут заранее известны, что повысит доверие к результатам расследования со стороны международного сообщества.

В составе такого органа должны состоять высококвали­фицированные эксперты на основе справедливого предста­вительства, обеспечивающего полноту и непредвзятость рас­следований. Расследования будут проводиться по запросам органов ООН, в особенности Совета безопасности.

Генеральная Ассамблея ООН в 60-е годы XX века уже рас­сматривала вопрос об учреждении постоянного органа по установлению фактов, но в итоге отвергла эту идею. В свое время ее развивал Генеральный Секретарь ООН У Тан: «Пора рассмотреть вопрос о постепенном отходе от миссий ad hoc к учреждению на постоянной основе института под эгидой ООН. Необходимыми условием деятельности такого инсти­тута должны стать ее исключительно гуманитарный, непо­литический характер, беспристрастность, эффективность и честность». Данная идея во многом созвучна предложению И.И. Лукашука, высказанному им более двадцати лет назад. «Представляется, что можно учредить ... комиссию по меж­дународной законности. Она осуществляла бы наблюдение за функционированием международного права, уважением его норм в целом и в конкретных случаях, оказывала бы кон­сультативные услуги правительствам по проблемам между­народного права и его осуществления, а также связанным с этим государственно-правовым вопросам, рассматривала бы жалобы государств на правонарушения и давала бы по ним за­ключения, представляла бы свои рекомендации Генеральной Ассамблее и Генеральному Секретарю ООН. Деятельность комиссии не создала бы конкуренции Международному суду, поскольку ее заключения носили бы консультативный и реко­мендательный характер. Состав комиссии и порядок ее фор­мирования целесообразно определить по аналогии с Комис­сией международного права, опыт которой показывает, сколь значителен авторитет таких органов состоящих из высококва­лифицированных юристов, избираемых в личном качестве на основе справедливого географического представительства».

В настоящее время в международном правопорядке уже существует постоянный следственный орган - Международ­ная гуманитарная комиссия по установлению фактов. В его компетенцию входит расследование серьезных нарушений международного гуманитарного права и оказание добрых ус­луг конфликтующим сторонам. Несмотря на значительный потенциал, данный орган остается бездействующим. Основ­ная причина состоит в том, что по своим правовым характе­ристикам он скорее является органом по разрешению фак­тологических споров, нежели чем механизмом обеспечения выполнения международного гуманитарного права.

Представляется наиболее рациональным привлечь Ко­миссию на службу ООН42. Это позволит «реанимировать» ин­ститут, который бездействует уже почти четверть века, и усо­вершенствует механизм установления фактов в системе ООН. В результате появится возможность привнести элемент субор­динации в проведение расследований - за счет полномочия Совета Безопасности принимать обязательные для государств- членов решения. Важно наладить взаимодействие Совета Без­опасности, других органов ООН и Комиссии, установить поря­док и правовые основы такого взаимодействия, а также самой деятельности по расследованию. Действующее регулирование организации и деятельности Комиссии основывается на прин­ципе согласия всех сторон конфликта и инициативности хотя бы одной из них. В случае изменений инициатива будет исхо­дить от компетентных органов ООН.

Реформирование Комиссии должно носить комплекс­ный характер. Следует ограничить или устранить действие принципов конфиденциальности и состязательности, изъять из компетенции полномочие оказывать добрые услуги. С дру­гой стороны, основное полномочие по проведению расследо­ваний должно быть предметно расширено. Комиссия должна устанавливать фактические обстоятельства не только наруше­ний международного гуманитарного права, но также и любых других ситуаций, имеющих значение для поддержания меж­дународного мира и безопасности.

Это решение внесет свой вклад в развитие механизма установления фактов в системе ООН. Таким образом, повы­сится уровень осведомленности организации и государств- членов о событиях международной жизни, что положительно отразится на эффективности международного права.


Похожие материалы:

Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика