Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Группа ВКонтакте

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


Институт кровной мести в древнерусском праве
Научные статьи
14.09.17 15:05
ЛЯСОВИЧ Татьяна Георгиевна
кандидат юридических наук, доцент кафедры истории государства и права Санкт-Петербургского университета МВД России

УДАЛЬЦОВ Андрей Александрович
кандидат юридических наук, доцент, начальник кафедры истории государства и права Санкт-Петербургского университета МВД России

Проблема кровной мести как осуществления права на на­казание самим потерпевшим или его родственниками всегда вызывала повышенное внимание со стороны исследователей.

Кровная месть на Руси являлась правом, обязанностью и традицией. В источниках древнерусского права встречаются неоднократные упоминания о применении такого возмездия. В договорах Руси с Византией содержались положения о пра­вилах применения этого института. По договору князя Олега месть родственников была возможна, но допускалась только в случае, если «суд объявит кого-нибудь виновным в убийстве, когда убийство будет доказано в суде». От кровной мести убий­це можно было спастись лишь бегством: «бежавший убийца, ежели оставлял свое имение в удовлетворении родственников убитого, тем самым уже освобождался от преследования, и родственники убитого, взявши имущество, оставленное для их удовлетворения, уже лишались права мстить убийце». По свидетельству историков, при князе Игоре кровная месть была ограничена - были установлены штрафы в пользу княжеской казны, после уплаты которых убийца считался свободным от мести родственников убитого и не имел необходимости спа­саться бегством. Еще одну виру он должен был выплатить род­ственникам убитого.

Упоминание о кровной мести содержится и в Русской правде, которая традиционно считается основным источни­ком древнерусского права и представляет собой сборник юри­дических норм XI - XII вв., регулирующих наиболее значимые общественные отношения переходного периода формирова­ния русской государственности. Русская правда базируется на обычном праве, адаптированном к изменениям зародившего­ся феодального строя.

Упоминание о кровной мести мы встречаем буквально в первых строках закона: «если муж убьет мужа, то мстит брат за убийство брата, сын за отца, или племянник со стороны брата, или племянник со стороны сестры...». Очевидно, что инсти­тут кровной мести, согласно Закону Русскому, традиционно касался не всех членов общины, а лишь близких родственни­ков. Таким образом, круг законных мстителей был ограничен двумя степенями ближайших родственников убитого, к ко­торым относились отец, сын, братья, племянники. Если ука­занные родственники отсутствовали, то право кровной мести утрачивалось, а с убийцы взыскивался штраф в пользу род­ственников убитого.

Практика применения кровной мести на Руси была об­ширной. Летописи свидетельствуют о том, что в старину сын убитого лишался наследства, если он не отомстил за отца, а мать давала пощёчину сыну, если тот осмеливался сесть за стол, не отомстив за смерть брата. Практика кровной мести, как правило, касалась лишь мужчин, однако, женщины могли выступать в качестве подстрекателей к мести. Отказ мужчины от мести позволял женщине отказать последнему в предостав­лении пищи, заботы, брачного ложа. Однако известны случаи и прямого участия женщин в осуществлении кровной мести. Так в 945 году княгиня Ольга жестоко отомстила древлянам за убийство своего мужа - князя Игоря.

Фактически кровная месть на Руси представляла собой пережиток древности, свойственный для родоплеменных от­ношений, который предписывал возможность для членов се­мьи или рода распорядиться жизнью виновного в убийстве родственника и отомстить ему. Применение института кров­ной мести было тесно взаимосвязано с восприятием человека как элемента родового или «кровного» объединения, при этом такое понятие как «личная честь» было взаимосвязано с поня­тием «честь рода». Кровная месть была применима только для свободных людей. Убийство раба подлежало материальному возмещению.

Существование института кровной мести на Руси было свя­зано с рядом объективных факторов, среди которых необходимо выделить, прежде всего, сохранение элементов первобытнооб­щинного строя, слабость государственной (княжеской) власти, отсутствие специальных органов охраны правопорядка, реализу­ющих, в том числе, и карательную функцию.

Во времена правления князя Ярослава функции обеспечения правопорядка и борьбы с преступностью осуществляли управлен­ческие структуры и должностные лица - представители прими­тивного административного аппарата. В этой ситуации каждому члену общества в силу традиции было гораздо эффективнее реа­лизовать свое право на «вендетту», нежели ожидать справедливо­го наказания преступника со стороны княжеской власти при от­сутствии эффективных рычагов правового регулирования.

Примечательно, что в тексте Русской правды не содер­жится упоминания о месте кровной мести в судебном про­цессе Древнерусского государства. Вероятно, что она могла являться своеобразным итогом судебного разбирательства и осуществляться как приговор при молчаливом одобрении властей, согласно устоявшейся традиции.

Ряд ученых высказывают и иные точки зрения. Так, опираясь на тот факт, что институт кровной мести являлся пережитком древности, препятствовавшим укреплению кня­жеской власти, исследователи указывают на то, что месть за убийство (ст. 1 Русской Правды), не являлась местью по приго­вору суда, а являлась местью, осуществляемой по инициативе самих потерпевших, т.е. представляла собой упорядоченное самоуправство, охраняемое законом (М. А. Дьяконов, М. М. Михайлов). Иного мнения придерживается Георгиевский Э. в., который отмечает, что кровная месть, закрепленная в ст. 1 Русской Правды, не является ни досудебной, ни послесудеб­ной расправой. Она представляет собой нечто среднее между самосудом и наказанием, она носит внесудебный характер и является мерой воздействия на преступника, охраняемой пра­вом, компромиссом закона и обычая.

Исходя из сказанного, можно констатировать тот факт, что по Русской правде институт кровной мести носил ярко выраженный переходный характер от непосредственной расправы общины к наказанию, налагаемому и исполняемому государством.

По мере усиления княжеской власти и снижении роли общинного суда у административных органов появилась воз­можность вмешиваться в судебный процесс и упорядочивать его. Князь и его представители на местах стали выступать в ка­честве посредников между убийцей и общиной, защищающей интересы родственников убитого. Таким образом, сдерживая самосуд общины, князь вводил свою меру наказания - виру, т.е. денежный штраф, уплачиваемый за убийство в княжескую казну, как альтернативу кровной мести. Эта новация свидетель­ствовала об ограничении кровной мести во времена Ярослава, стремлении отойти от древней традиции, чтобы предотвратить самосуды и резню. Таким образом, Русская правда в Краткой редакции содержит положения об ограниченной кровной ме­сти (в отличие от безотчетной кровной мести, практикуемой в древности).

Подтверждением этому являются положения, содер­жащиеся в Пространной редакции Русской правды, ко­торая упраздняет институт кровной в пользу института материального возмещения: «после Ярослава собрались сыновья его: Изяслав, Святослав и Всеволод, с боярами сво­ими... и отменили кровную месть за убийство, установив выкуп деньгами».

Таким образом, обычай кровной мести был заменен дру­гим обычаем - обычаем материального возмещения, выпла­той виры со стороны убийцы, расширив тем самым право го­сударства на личность и имущество правонарушителя.

Материальное возмещение или вира по Русской прав­де носили строго дифференцированный характер. Раз­личали простую виру, которую уплачивал виновный по­терпевшему или родственникам (ст. 6), княжескую виру - уплачиваемую за нарушение «княжеского мира» в казну князя, выплаты представителям княжеской администра­ции - мечникам (ст. 41), вирникам (ст. 42). Русской Правде известен также институт дикой или повальной виры (в раз­мере 80 гривен), которая налагалась за убийство княжеских служащих (ст. 19).

Таким образом, анализ различных источников древнерусско­го права позволяет говорить о следующих видах кровной мести на Руси: 1) безотчетная кровная месть, которая имела место в древно­сти, была упомянута в первых договорах князей и носила всеобъ­емлющий неотвратимый характер; 2) ограниченная кровная месть, упоминание о которой мы встречаем в Русской правде князя Ярос­лава. По мере усиления княжеской власти кровная месть как древ­ний обычай была заменена материальным возмещением вреда. В Правде Ярославичей содержится упоминание о ее замене матери­альными возмещениями - вирами различных видов и размеров, что способствовало укреплению княжеской власти и повышении эффективности правового регулирования в Древнерусском госу­дарстве.


Похожие материалы:

Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Blischenko 2017


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика