Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

От конституционных идей до конституций в Казахстане и странах Центральной Азии

Интервью с Матаевой Майгуль Хафизовной, доктором юридических наук, проректором по научной работе и коммерциализации новых технологий Казахского гуманитарно-юридического инновационного университета.

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер

События и новости




РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК Институт государства и права.
Г.М. ВЕЛЬЯМИНОВ.
МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО ОПЫТЫ



СОВРЕМЕННОЕ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА. В честь Заслуженного деятеля науки Российской Федерации, доктора юридических наук, профессора СТАНИСЛАВА ВАЛЕНТИНОВИЧА ЧЕРНИЧЕНКО



СОВРЕМЕННОЕ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО
О ЗАЩИТЕ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ
И ЭКОЛОГИЧЕСКИХ ПРАВАХ ЧЕЛОВЕКА. А.М. Солнцев. Монография



Верховенство международного права. Liber amicorum в честь профессора К. А. Бекяшева

Бекяшев Д.К. «Международное трудовое право (публично-правовые аспекты): учебник. – Москва: Проспект, 2013. – 280 с.


Гражданское общество и правовое государство: проблемы понимания и соотношения
Раянов Ф.М.

Перед вами – оригинальная работа, в которой автор, основываясь на мировой общественно­политической практике, впервые в отечественном обществоведении по­новому подходит к раскрытию понятий «гражданское общество» и «правовое государство».


Правовые основы уголовно-процессуальной деятельности
18.09.17 18:45
ГРИШИН Дмитрий Алексеевич
старший преподаватель кафедры уголовного процесса и криминалистики Академии ФСИН России

Бесспорно то обстоятельство, что уголовно-процессу­альная деятельность строго формализована и не предпола­гает расширительного толкования тех нормативов, которые установлены для нее законодателем. Причина столь жесткой регламентации очевидна - широкие властные полномочия, предоставленные должностным лицам следственных органов, органов дознания должны осуществляться в определенных рамках дозволенного, которые позволяют участникам уголов­ного процесса при необходимости подтвердить факт наруше­ния, осуществить защиту и восстановление своих нарушенных прав и законных интересов.

Изучение правовой основы уголовно-процессуальной деятельности представляется необычайно важным и необхо­димым. Мы абсолютно согласны с утверждением о том, что уголовное судопроизводство (процесс) России будет отвечать своему назначению (ст. 6 Уголовно-процессуального кодекса РФ) и позволять успешно решать поставленные перед ним за­дачи, если деятельность его субъектов, указанных в ст. 6 УПК РФ, а также иных лиц, вовлекаемых (допускаемых) в уголовное судопроизводство, будет четко регламентироваться нормами закона, которые должны исполняться.

Общепринятым следует признать и утверждение, что лю­бые системные недостатки и злоупотребления в сфере уголов­ного судопроизводства наносят наибольший ущерб основным правам и свободам, гарантированным российской Консти­туцией: праву на жизнь и физическое здоровье, правам соб­ственности и неприкосновенности частной жизни, праву на доступ к правосудию и праву на защиту.

Соблюдение установленной процедуры - это гарантия достижения целей рассматриваемой деятельности:

Защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений;

Защита личности от незаконного и необоснованного об­винения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

Игнорирование установленных требований повлечет за собой утрату доказательств, что сделает невозможным изо­бличение и наказание виновных либо создает благоприятные условия для привлечения к ответственности невиновного, что является столь же негативным.

Детальное регулирование уголовно-процессуальной дея­тельности закреплено в УПК РФ. Данный источник уголовно­процессуального права категоричен в определении правовой основы уголовного судопроизводства, устанавливая, что его порядок определяется УПК РФ, основанным на Конституции РФ. При этом общепризнанные принципы и нормы междуна­родного права и международные договоры РФ выступают как составная часть уголовно-процессуального законодательства, обладая кроме того приоритетом перед национальным зако­нодательством.

Исходя из этого, обоснованным будет утверждение, что правовая основа уголовно-процессуальной деятельности пред­ставляет собой единство трех элементов:

  1. Общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ;
  2. Конституции РФ;
  3. Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Совершенно не случайно во главе данного перечня ука­заны общепризнанные принципы и нормы международного права, которые согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ являются составной частью правовой системы Российской Федерации. Указанные нормы имеют фундаментальный характер и при­знаются международным сообществом государств как нормы, обладающие приоритетным применением в любой отрасли права, в том числе и уголовно-процессуального. Однако мы обращаем внимание на то обстоятельство, что приоритетом пользуются только международные договоры Российской Фе­дерации.

Думается, что это является обдуманным шагом законо­дателя. Каждое государство обязано заботиться о своем су­веренитете, проявлением которого является и применение законодательства на своей территории. Естественно, приме­нение международных правовых норм, в разработке которых Российская Федерация не принимала участия, представляет­ся нежелательным. Именно поэтому в УПК РФ и содержится оговорка относительно международных договоров Сложно себе представить возможность наличия противоречий между нормами уголовно-процессуального кодекса Российской Фе­дерации и положениями международных договоров, которые проходят процедуру ратификации.

Среди источников международного права, которые ре­гулируют сферу уголовно-процессуальной деятельности, сле­дует отметить: Всеобщую декларацию прав человека (1948), Международный пакт о гражданских и политических правах, Международный пакт об экономических, социальных и куль­турных правах (1966), Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод (1950), Европейскую Конвенцию о выдаче ETS N 024 (Париж, 13 декабря 1957 г.), Европейскую Конвенцию по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания ETS N 126 (Страсбург, 26 ноября 1987 г.), Европейскую Конвенцию о взаимной правовой помощи по уголовным делам ETS N 030 (Страсбург, 20 апреля 1959 г.), Европейскую конвенцию о пре­сечении терроризма ETS N 090 (Страсбург, 27 января 1977 г.), Европейскую конвенцию о выдаче (1957 г., с дополнительными Протоколами 1975 и 1978 г.), Европейскую конвенцию о взаим­ной правовой помощи по уголовным делам (1959 г., с допол­нительным Протоколом 1978 г., ратифицированная Россией в 2000 г.), Конвенцию о правовой помощи и правовых отноше­ниях по гражданским, семейным и уголовным делам между государствами - членами СНГ (1993 г., ратифицированная Рос­сией в 1994 г., с Дополнительным протоколом к ней 1997 г.), Конвенцию о передаче осужденных к лишению свободы для дальнейшего отбывания наказания (1998 г., ратифицирован­ная Россией в 2000 г.) и ряд других. Большинство из них стали формально обязательными для России вследствие ее вступле­ния в Совет Европы.

Отмечаем общий характер указанных правовых актов, который не позволяет найти им конкретное применение. Однако смысл приоритета международных норм перед на­циональным законодательством заключается в согласовании положений последнего с общепризнанными принципами и нормами международного права.

Кроме того правовую основу уголовно-процессуальной деятельности в области взаимодействия между правоохра­нительными органами в сфере уголовного судопроизводства посвящены разнообразные многосторонние договоры и со­глашения, участницей которых является и Россия, а также ряд двусторонних договоров между Российской Федерацией и иными государствами. Значительное место среди указан­ных актов занимают договоры о правовой помощи и выдаче преступников, например, Договор между Союзом Советских Социалистических Республик и Народной Республикой Бол­гарией о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам от 19 февраля 1975 г.5, Договор между Рос­сийской Федерацией и Латвийской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семей­ным и уголовным делам от 3 февраля 1993 г., Договор между Российской Федерацией и Азербайджанской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 1992 г.6.

Указанные правовые нормы предусматривают конкрет­ный порядок взаимоотношений на межгосударственном уров­не по вопросам, входящим в сферу уголовно-процессуальной деятельности: помощь по уголовным делам, выдача лиц, со­вершивших преступления, этапирование по территории РФ и т.д.

Рассматриваемые международные договоры, как прави­ло, конкретизируют порядок уголовно-процессуальной дея­тельности, предусмотренный УПК РФ.

Все сказанное позволяет резюмировать, что уголовно­процессуальная деятельность должна быть урегулирована упк рф.

Однако реалии правоприменительной деятельности не согласуются с этим, казалось бы, бесспорным утверждением.

В действительности каждое министерство и ведомство, осуществляющее уголовно-процессуальную деятельность, пользуясь полномочием правотворческой деятельности, принимает различные нормативно-правовые акты, которые в той или иной степени регулируют ее порядок. Например, Приказ Генпрокуратуры России от 23.10.2014 N 150 «Об утверждении Инструкции о процессуальной деятельности органов дозна­ния Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов», Приказ Генпрокуратуры РФ от 06.09.2007 N 137 «Об организации прокурорского надзо­ра за процессуальной деятельностью органов дознания», При­каз Генпрокуратуры России N 147, МВД России N 209, ФСБ России N 187, СК России N 23, ФСКН России N 119, ФТС России N 596, ФСИН России N 149, Минобороны России N 196, ФССП России N 110, МЧС России N 154 от 26.03.2014 «Об усилении прокурорского надзора и ведомственного контроля за закон­ностью процессуальных действий и принимаемых решений об отказе в возбуждении уголовного дела при разрешении со­общений о преступлениях», Приказ Генпрокуратуры России от 03.07.2013 N 262 «Об организации прокурорского надзора за исполнением законов при производстве дознания в сокра­щенной форме», Приказ Генпрокуратуры России от 02.06.2011 N 162 «Об организации прокурорского надзора за процессу­альной деятельностью органов предварительного следствия» и д.р. Так можно привести примеры установления в указанных актах порядка представления ходатайств о продлении сроков производства дознания, который УПК не закрепляет.

С одной стороны это должно иметь положительный эф­фект, так как УПК РФ достаточно скупо регулирует некоторые моменты, не предусматривая конкретный порядок соверше­ния определенных действий, с другой - данная ситуация всту­пает в некоторое противоречие с УПК РФ, а именно с нормой, определяющей правовые основы уголовного судопроизвод­ства.

Мы понимаем, что прямого противоречия между УПК РФ и ведомственными подзаконными нормативно-правовыми актами в данной сфере нет, однако последние, уточняя поло­жения УПК РФ, фактически создают новые уголовно-процес­суальные нормы, влияющие на правоприменительную прак­тику.

Кроме того возникает проблема исполнения указанных нормативно-правовых актов должностными лицами, которые не являются подчиненными сотрудниками того ведомства, ко­торое приняло данные нормативные положения.

Мы считаем, что такая практика искажает нормы УПК РФ, существование которого, а также единоличное господство в правовом поле уголовного судопроизводства, вызвано не­обходимостью выработки единой практики осуществления уголовно-процессуальной деятельности независимо от ведом­ственной принадлежности органа расследования.


Похожие материалы:

Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика