Содержание журналов

Баннер
PERSONA GRATA

Content of journals

Баннер
Баннер
Баннер
Баннер


ОХРАНА ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ НА КАСПИИ (МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЙ АСПЕКТ)
Научные статьи
14.12.17 13:27
МУРСАЛИЕВ Араз Огтай оглы
аспирант кафедры Международного права МГИМО (У) МИД России

В статье рассматривается сотрудничество государств Прикаспия в области защиты морской среды Каспийского моря. Отмечается, что экологические проблемы вызваны преимущественно антропогенным воздействием, при этом основным источником загрязнения является добыча нефти и газа. Первой программой международного сотрудничества на Каспии является Каспийская экологическая программа, одним из результатов действия которой стала разработка Рамочной Конвенции по защите морской среды Каспийского моря, подписанной в 2003 г. в Тегеране. Рамочный характер Конвенции предполагает разработку и принятиедополнительных пятисторонних протоколов по отдельным вопросам. Автор анализирует положения Конвенции и приходит к выводу, что некоторые из них требуют дальнейшего развития.

Ключевые слова: Международное право, Каспийский регион, экология, охрана окружающей среды, экологическое право.

MURSAUYEVAraz Ogtay oglu
postgraduate student of International law sub-faculty of the MGIMO (U) of the MFA of Russia

ENVIRONMENTAL PROTECTION IN THE CASPIAN SEA (INTERNATIONAL LEGALASPECT)

The article deals with the cooperation of the Caspian states in the field of protection of the marine environment of the Caspian Sea. The Author notes that environmental problems are mainly caused by anthropogenic impact, while the main source of pollution is oil and gas production. The first program of international cooperation in the Caspian was the Caspian Environmental Program, one of the results of which was the development of the Framework Convention for the Protection of the Marine Environment of the Caspian Sea, signed in 2003 in Tehran. The framework nature of the Convention involves the development and adoption of additional five-sided protocols on specific issues. The author analyzes the provisions of the Convention and concludes that some of them require further development.

Keywords: International law, The Caspian region, ecology, environment, environmental law.

 

Каспийское море - крупнейший в мире замкнутый бес­сточный водоем, окруженный пятью прибрежными государ­ствами - Азербайджаном, Ираном, Казахстаном, Россией и Туркменистаном. Общая протяженность его береговой линии составляет 5970 км, а наибольшая протяженность моря - 1030 км. Средняя глубина моря - 208 м, максимальная -1025 м (для сравнения максимальная глубина Байкала - 1620 м). Каспий­ское море питается водами более 130 больших и малых рек, среди которых Волга, Терек, Самур, Урал, Кура, Атрек, Сефи- друд1. От других морей и крупных озер Каспийское море от­личается значительными колебаниями его уровня, что создает проблемы как социально-экономического, так и экологиче­ского характера, в частности для судоходства и рыболовства.

Уникальность Каспийского моря определяется не только его физико-географическими характеристиками, но и биологическим разнообразием флоры и фауны. Биота Каспия представлена в ос­новном эндемичными видами2 (например, каспийский тюлень). Здесь обитает более 500 видов растений и 850 видов животных, включая крупнейшее стадо осетровых рыб (90 % мирового запаса).

После распада СССР возросло геополитическое значение Каспийского региона, что связано с наличием месторождений нефти и газа. Несмотря на то, что международно-правовой статус Каспийского моря не был определен, а месторожде­ния углеводородов были изучены недостаточно, новые неза­висимые республики начали их освоение, руководствуясь при этом необходимостью укреплять собственную независимость и стабилизировать внутреннее социально-экономическое по­ложение. Энергетический и экономический потенциал Ка­спия стал ключевым фактором для экономического развития Азербайджана, Казахстана и Туркменистана. Интерес стран Запада к проектам по освоению каспийских углеводородов и их транспортировке был использован Прикаспийскими госу­дарствами для привлечения инвестиций в разработку место­рождений, что способствовало их экономическому развитию. Тем не менее западные страны рассматривали углеводород­ные ресурсы Каспия в первую очередь в качестве инструмента внешнеполитической стратегии и только потом - в качестве альтернативного (не основного) источника энергии[1]. Внереги­ональные государства, такие как США и страны ЕС, а сейчас также и Китай, по-прежнему заинтересованы в каспийских углеводородах и контроле над направлениями их экспорта.

Однако в последнее время Каспийское море все больше привлекает внимание экологов в связи с возрастающим за­грязнением окружающей среды региона.

Экологические проблемы Каспийского региона вызваны преимущественно антропогенным воздействием и приводят к ухудшению здоровья и условий жизнедеятельности населе­ния, истощению биологических ресурсов, загрязнению окру­жающей природной среды и деградации водных и наземных экосистем. Антропогенная нагрузка на акваторию Каспия носит комплексный характер и включает такие факторы, как судоходство, рыболовство, загрязнение моря из наземных ис­точников, загрязнение сточными водами рек, впадающих в Каспий. В последнее время к факторам антропогенного воз­действия добавилась добыча нефти и газа[2], а также транспор­тировка нефти водным путем.

Среди угроз окружающей среде, исходящих от нефте­газовых предприятий, первое место занимают аварийные разливы нефти и нефтепродуктов, что представляет особую опасность для морской среды и биоресурсов[3]. При нефтяных разработках каспийских месторождений в воду попадает око­ло миллиона тонн нефти ежегодно[4].

Биоресурсы Каспия и его экосистема в целом неделимы. Единство экосистемы поддерживается активной горизонталь­ной и вертикальной циркуляцией вод, миграцией рыбы и тю­леней, которые охватывают не только акваторию, но и устья рек[5]. Поэтому неблагоприятное воздействие приобретает трансграничный характер и сказывается на всей акватории, не­зависимо от межгосударственного разграничения и правово­го статуса Каспия. В этой связи обоснованным представляется объединение усилий всех прибрежных стран для сохранения экосистемы Каспийского моря и согласование общепризнан­ных правил, регулирующих экологически значимые вопросы. В то же время расширению природоохранного сотрудничества и устойчивому развитию региона также будет способствовать решение проблемы международно-правового статуса Каспий­ского моря путем принятия соответствующей Конвенции.

Несмотря на разногласия по правовому статусу Каспий­ского моря, прибрежные государства заявляли о необходимо­сти сотрудничать в области охраны окружающей среды. Пер­вой программой международного сотрудничества на Каспии стала Каспийская экологическая программа (КЭП), реализа­ция которой началась в 1998 г. Поддержку программе оказы­вали Глобальный экологический фонд, Программа развития ООН, ЕС/ТАСПС, Всемирный банк и Программа ООН по окружающей среде. Целью КЭП являлись достижение устой­чивого экологического развития и управление окружающей средой Каспийского моря (включая биологические ресурсы и качество воды) для получения наибольших долгосрочных благ для населения региона с одновременным сохранением здоро­вья людей, обеспечением экологической целостности региона и его устойчивости для будущих поколений[6].

Деятельность КЭП в первые годы ее существования охва­тывала такие направления, как проведение трансграничного анализа (научно-техническая экспертиза региональных эко­логических проблем, выявление приоритетных задач, оценка воздействия на окружающую среду и экономику) и подготов­ка соответствующего отчета, разработка стратегической про­граммы действий и национальных планов действий, а также разработка Рамочной Конвенции по защите морской среды Каспийского моря. Несмотря на то, что КЭП могла стать сво­его рода механизмом координации усилий Прикаспийских государств в вопросах охраны окружающей среды и сохране­ния его биоразнообразия, в результате ее деятельность свелась к лоббированию интересов нефтегазовых корпораций, кото­рые стремились к беспрепятственной эксплуатации углево­дородов Каспия. Усилия КЭП были направлены на контроль за всей эколого-экономической деятельностью в регионе, при этом поддерживалась иллюзия независимой деятельности под видом сотрудничества с международными нефтегазовыми компаниями в области охраны окружающей среды Каспий­ского моря[7]. Тем не менее одним из главных положительных результатов КЭП стала разработка Рамочной Конвенции по защите морской среды Каспийского моря.

Рамочная конвенция по защите морской среды Каспий­ского моря была подписана Прикаспийскими государствами 4 ноября 2003 г. в Тегеране (далее также - Тегеранская конвен­ция) и вступила в силу 12 августа 2006 г. - после ратификации всеми Договаривающимися сторонами[8].

Тегеранская конвенция стала первым юридически обя­зывающим многосторонним соглашением в Каспийском регионе и создала правовую основу для природоохранного сотрудничества прибрежных государств. Не затрагивая вопро­сы правового статуса Каспийского моря, конвенция устанав­ливает общие требования и организационную структуру для устойчивого управления охраной окружающей среды на Ка­спии. В преамбуле отмечается ухудшение состояния морской среды Каспийского моря в результате антропогенной деятель­ности, необходимость обеспечения того, чтобы деятельность на суше не наносила ущерба морской среде, а также важность сотрудничества Договаривающихся сторон между собой и с международными организациями в целях защиты и сохране­ния морской среды Каспия.

Цель конвенции сформулирована в ст. 2 и заключается в защите морской среды Каспийского моря от загрязнения, включая защиту, сохранение, восстановление, устойчивое и рациональное использование его биоресурсов. Для достиже­ния указанной цели Договаривающиеся стороны должны ру­ководствоваться такими принципами, как принцип принятия мер предосторожности, принцип «загрязняющий платит» и принцип доступности информации о загрязнении морской среды Каспия (ст. 5).

Направления сотрудничества Договаривающихся сторон охватывают, в частности, борьбу с загрязнением, предотвра­щение привнесения чужеродных инвазивных видов, контроль и борьбу с ними, чрезвычайные экологические ситуации, за­щиту, сохранение, восстановление и рациональное использо­вание биологических ресурсов и др11. При этом содержание конкретных направлений сотрудничества и соответствующие обязательства сторон разработаны неодинаково: наиболее подробно проработаны вопросы борьбы с загрязнением12.

Рамочный характер конвенции предполагает закрепле­ние конкретных обязательств Договаривающихся сторон во вспомогательных документах - протоколах. В частности, пред­усмотрена разработка протоколов о предотвращении, сниже­нии и контролю загрязнения Каспийского моря: из наземных источников (ст. 7); в результате деятельности на его дне (ст. 8); с судов (ст. 9); вызванного сбросом с судов под флагами Дого­варивающихся сторон и с воздушных судов, зарегистрирован­ных на их территориях (ст. 10). Также предусмотрена обязан­ность по сотрудничеству в разработке протоколов о защите, сохранении и восстановлении биологических ресурсов (ст. 14); протоколов, устанавливающих процедуры оценки воздей­ствия на морскую среду Каспия в трансграничном контексте (ст. 17) и др.

На первом совещании государств (июль 2004 г.), подпи­савших Тегеранскую конвенцию, было достигнуто соглашение о подготовке протоколов по приоритетным вопросам, вызы­вавшим наибольшую обеспокоенность: загрязнение из назем­ных источников, сохранение биоразнообразия и оценка воз­действия на окружающую среду в трансграничном контексте. Кроме того, Стороны согласились с необходимостью дальней­шей разработки протокола о региональном сотрудничестве в случаях чрезвычайной ситуации. При разработке протоколов Стороны принимали во внимание международный опыт пра­вового регулирования, основанный на международных конвенциях, таких как Конвенция по биологическому разнообра­зию (Рио-де-Жанейро, 1992 г.), Рамочная конвенция ООН об изменении климата (Нью-Йорк, 1992 г.), Конвенция о транс­граничном загрязнении воздуха на большие расстояния (Же­нева, 1979 г.), Конвенция об оценке воздействия на окружаю­щую среду в трансграничном контексте (Эспо, 1991 г.). Следует отметить, что разработка документа, регламентирующего со­трудничество прибрежных государств в случаях масштабных разливов нефти в Каспийском море, началась еще в 2001 г.

Первым был ратифицирован подписанный в Актау 12 августа 2011 г. Протокол о региональной готовности, реагиро­вании и сотрудничестве в случае инцидентов, вызывающих за­грязнение нефтью (Актауский протокол), он вступил в силу 25 июля 2016 г.

Протокол по защите Каспийского моря от загрязнения из наземных источников и в результате осуществляемой на суше деятельности был подписан в Москве 12 декабря 2012 г. (Московский протокол). Однако процесс его ратификации не завершен. Протокол о сохранении биологического разнообра­зия, подписанный в Ашхабаде 30.05.2014, (Ашхабадский про­токол) также еще не вступил в силу[9]. Продолжается процесс согласования Протокола об оценке воздействия на окружаю­щую среду в трансграничном контексте.

Тегеранская конвенция стимулировала принятие других многосторонних соглашений по сотрудничеству на Каспии. Так, в ходе Третьего каспийского саммита 18 ноября 2010 г. было подписано Соглашение о сотрудничестве в сфере без­опасности на Каспийском море[10], в котором закреплена ис­ключительная прерогатива Прикаспийских государств на ре­шение всего диапазона вопросов региональной безопасности. По итогам Четвертого каспийского саммита, состоявшегося в Астрахани 29 сентября 2014 г.[11], были подписаны:

-      Соглашение о сохранении и рациональном использо­вании водных биологических ресурсов Каспийского моря[12] (вступило в силу 24 мая 2016 г.), в соответствии с которым учреждается Комиссия по сохранению, рациональному ис­пользованию водных биологических ресурсов Каспийского моря и управлению их совместными запасами. Соглашение закрепляет приоритет сохранения водных биоресурсов Ка­спия перед их коммерческим использованием. В Соглашении предусматривается пятисторонний механизм регулирования рыболовства, в частности коммерческого промысла осетровых видов рыб;

-      Соглашение о сотрудничестве в сфере предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций в Каспийском море (не вступило в силу), в соответствии с которым создается эффек­тивный механизм реагирования на чрезвычайные ситуации природного и техногенного характера в море;

-      Соглашение о сотрудничестве в области гидрометеоро­логии Каспийского моря (не вступило в силу), в соответствии с которым должна быть создана региональная система полу­чения и обмена информацией о состоянии Каспия.

В то же время некоторые положения Тегеранской конвен­ции требуют дальнейшего развития.

Учитывая заинтересованность некоторых Прикаспий­ских стран в проектах по транспортировке углеводородов по дну моря, например проекте Транскаспийского газопровода[13], необходима разработка дополнительных протоколов, регу­лирующих вопросы загрязнения Каспийского моря в резуль­тате деятельности на его дне (ст. 8). Между тем представляет­ся, что данный вопрос находится в тесной увязке с вопросом определения правового статуса Каспийского моря, поэтому маловероятно, что до принятия соответствующей конвенции Договаривающиеся стороны смогут достичь соглашения по деятельности на дне моря, несмотря на их приоритетную за­интересованность в разработке каспийских углеводородных ресурсов. При этом в Стратегической программе действий Конвенции, принятой на Второй конференции Договарива­ющихся сторон 12 ноября 2008 г., предусмотрены разработка проекта и принятие вспомогательных инструментов к Теге­ранской конвенции по регулировании деятельности на дне моря. Однако отмечается необходимость изучения всесторон­него подхода к устойчивому использованию морского дна и определения мер по предотвращению загрязнения в резуль­тате деятельности на дне моря[14].

Из ст. 28 Конвенции следует обязанность Договариваю­щихся сторон сотрудничать в разработке процедур обеспече­ния соблюдения положений конвенции и протоколов к ней каждой из Сторон. Действительно, некоторые положения Те­геранской конвенции и протоколов связаны с обязанностью каждой Стороны совершить определенные действия (напри­мер, принять все необходимые меры для применения проце­дур оценки воздействия на окружающую среду любой пла­нируемой деятельности, которая может оказать негативное воздействие на морскую среду, и распространить результаты оценки среди других Сторон - ст. 17), либо связаны с нацио­нальным законодательством каждой Договаривающейся сто­роны (например, ст. 5 Ашхабадского протокола). Однако ме­ханизм контроля выполнения соответствующих обязанностей Договаривающейся стороной или обязания ее привести наци­ональное законодательство в соответствие с нормами Конвен­ции и протоколов к ней отсутствует, равно как не устанавлива­ется ответственность за нарушение таких обязанностей. В этой связи необходима юридическая проработка процедур обеспе­чения соблюдения положений конвенции и протоколов.

Ст. 29 Конвенции содержит отсылку к принципам и нор­мам международного права в части распределения ответствен­ности за ущерб, причиненный морской среде Каспия в резуль­тате нарушения положений Конвенции и протоколов к ней. Однако сроки разработки правил и процедур, касающихся материальной ответственности и компенсации ущерба, также не установлены. Тем не менее в Итоговой декларации саммита Прикаспийских государств, состоявшегося 16 октября 2007 г. в Тегеране, Стороны подтвердили «принцип ответственности Прикаспийских государств за ущерб, причиненный природ­ной среде Каспия и друг другу в результате деятельности по использованию Каспийского моря и освоению его ресурсов (ст. 12)»[15]. В совместном заявлении президентов Прикаспий­ских государств по итогам Четвертого каспийского саммита декларируется, что «деятельность Сторон на Каспийском море будет осуществляться на основе согласованных ими принци­пов», в том числе принципа «ответственности Стороны, допу­скающей загрязнение, за ущерб, причиненный экологической системе Каспийского моря» (п. 15)20. Однако положения Кон­венции об ответственности все же требуют конкретизации.

Таким образом, в последние два десятилетия наблюдают­ся положительные сдвиги в природоохранном сотрудничестве Прикаспийских государств, о чем свидетельствует подписание ряда многосторонних документов. Прибрежные страны осоз­нают важность охраны уникальной экосистемы Каспийского моря и необходимость объединения усилий в этом направле­нии.

В то же время ключевой интерес большинства указанных стран заключается в освоении углеводородных ресурсов Ка­спия, в том числе с привлечением международных нефтегазо­вых корпораций. При этом именно добыча нефти и газа явля­ется основным источником загрязнения Каспийского моря и прибрежной территории, что будет иметь неблагоприятные последствия не только для экосистемы Каспия, но и для насе­ления региона. Поэтому необходим баланс между различны­ми видами антропогенной деятельности, включая нефтегазо­добычу, и природоохранными мерами.

Тегеранская конвенция является инструментом дости­жения такого баланса и содействия устойчивому развитию Каспийского региона. Однако в силу ее рамочного характера, предполагающего разработку и принятие дополнительных пятисторонних протоколов по отдельным вопросам, многие положения конвенции требуют дальнейшей разработки. Дли­тельный процесс согласования протоколов, их подписания и ратификации вместе с затянувшимся урегулированием во­проса о международно-правовом статусе Каспийского моря снижают эффективность регионального природоохранного сотрудничества. Между тем только совместные усилия прика­спийской пятерки позволят сохранить Каспий и его уникаль­ную экосистему.

Пристатейный библиографический список

  1. Рамочная конвенция по защите морской среды Ка­спийского моря (Тегеран, 4 ноября 2003 г.) // Бюлле­тень международных договоров. 2016. № 11.
  2. Соглашение о сотрудничестве в сфере безопасности на Каспийском море. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://kremlin.ru/supplement/785 (дата обра­щения: 14.10.2017).
  3. Соглашение о сохранении и рациональном исполь­зовании водных биологических ресурсов Каспий­ского моря (Астрахань, 29 сентября 2014 г.) // СЗ РФ. 08.08.2016. № 32. Ст. 5089.
  4. Итоговая Декларация саммита прикаспийских госу­дарств в Тегеране // «Вести» интернет-газета». [Элек­тронный ресурс]. - Режим доступа: https://www.vesh. ru/doc.html?id=143024 (дата обращения: 14.10.2017).
  5. Заявление президентов Азербайджанской Республи­ки, Исламской Республики Иран, Республики Казах­стан, Российской Федерации и Туркменистана от 29 сентября 2014 г. Официальный сайт Президента Рос­сийской Федерации. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://kremlin.ru/supplement/4754 (дата обра­щения: 14.10.2017).
  6. Документы, подписанные по итогам IV Каспийского саммита. Официальный сайт Президента Российской Федерации. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://kremlin.ru/supplement/4756 (дата обращения: 14.10.2017).
  7. Абдурахманов Г. М., Монахова Г. А., Алдабаев А. А., Ахмедова Г. А. Границы на Каспийском море в со­ответствии с бассейновым принципом // Юг России: экология, развитие. 2008. № 4. С. 130-133.
  8. Быстрова А. К. Проблемы транспортной инфраструк­туры и экологии в Каспийском регионе (добыча и экспортные перевозки углеводородов). М.: ПМЭМО РАН, 2009.
  9. Водный баланс и колебания уровня Каспийского моря. Моделирование и прогноз. М.: Триада лтд, 2016.
  10. Вылегжанина Е. Е., Панасенко Д. Н. К созданию меж­дународно-правовой основы сохранения экосистемы Каспийского моря // Московский журнал междуна­родного права. 009. № 2 (74). С. 169-185.
  11. Жильцов С. Каспийский регион на перекрестке гео­политических стратегий // Центральная Азия и Кав­каз. 2014. Том 17, выпуск 1. С. 37-51.
  12. Казаков А. А., Колмыков Е. В., Журавель В. И. Ком­плексный план предупреждения и ликвидации раз­ливов нефти и нефтепродуктов как новый этап обе­спечения экологической безопасности Северного Каспия // Защита окружающей среды в нефтегазовом комплексе. 2014. № 12. С. 6-12.
  13. Кашин Д. В., Дегтярева Л. В. Оценка состояния вод Северного Каспия по биогидрохимическим показа­телям Ц Защита окружающей среды в нефтегазовом комплексе. 2013. № 5. С. 60-64.
  14. Кукушкина А. В. Концепция устойчивого развития (международно-правовые аспекты) / // Вестник Том­ского государственного университета. Право. 2017. № 23. С. 29-39.
  15. Кукушкина А. В. Проблема определения территори­ального статуса Каспийского моря и охрана его окру­жающей среды (международно-правовые аспекты) II Десять лет внешней политики России: Материалы Первого Конвента Российской ассоциации междуна­родных исследований / Под ред. А. В. Торкунова; Рос­сийская ассоциация междунар. исследований; МГИ­МО (У). М.: РОССПЭН, 2003. С. 563-575.
  16. Международное право в 2 ч. Ч. 1: учебник для акаде­мического бакалавриата / А. Н. Вылегжанин, Ю. М. Колосов, Ю. Н. Малеев, К. Г. Геворгян; отв. ред. А. Н. Вылегжанин. -3-е изд., перераб. и доп. М.: Издатель­ство Юрайт, 2017.
  17. Международное право в 2 ч. Ч. 2: учебник для акаде­мического бакалавриата / А. Н. Вылегжанин, Ю. М. Колосов, Ю. Н. Малеев, К. Г. Геворгян; отв. ред. А. Н. Вылегжанин. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Издатель­ство Юрайт, 2017.
  18. Международно-правовые основы недропользования: учеб, пособие / отв. ред. А. Н. Вылегжанин [авт. пре- дисл. А. В. Торкунов]. М.: Норма, 2011. 528 с.
  19. Шихшабеков М. М., Рабазанов Н. И., Гаджимурадов Г. Ш. Биоразнообразие и рыбные ресурсы Прикаспийского ре­гиона России Ц Юг России: экология, развитие. 2008. № 3. С. 84-86.
  20. An Introduction to the Caspian Sea and the Caspian Environment Programme. - I. R. Iran: Artemis Creative Designers Co. Ltd., 2005. [Electronic resource]. - Mode of access: http://archive.iwleam.net/www.caspianenvironment. org/www.caspianenvironment.org/newsite/images/PIs/ CEP%20Booklet/CEP%20Booklet-2.zip (date of access: 14.10.2017).
  21. Status of ratification. Tehran Convention. [Electronic resource]. - Mode of access: http://www.tehranconvention. org/spip.php?article2&lang=en (date of access: 14.10.2017).
  22. Strategic Convention Action Programme. Tehran Convention. [Electronic resource]. - Mode of access: http://www.tehranconvention.org/cop2/Annex%202%20 SCAP%20eng.pdf (date of access: 14.10.2017).


Следующие материалы:

Предыдущие материалы:

 

от Монро до Трампа


Узнать больше?

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Blischenko 2017


ПОЗДРАВЛЕНИЯ!!!




КРУГЛЫЙ СТОЛ

по проблемам глобальной и региональной безопасности и общественного мнения в рамках международной конференции в Дипломатической академии МИД России

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО

Право международной безопасности



Инсур Фархутдинов: Цикл статей об обеспечении мира и безопасности

№ 4 (104) 2016
Московский журнал международного права
Превентивная самооборона в международном праве: применение и злоупотребление (С.97-25)

№ 2 (105) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право (окончание)

№ 1 (104) 2017
Иранская доктрина о превентивной самообороне и международное право

№ 11 (102) 2016
Стратегия Могерини и военная доктрина
Трампа: предстоящие вызовы России


№ 8 (99) 2016
Израильская доктрина o превентивной самообороне и международное право


7 (98) 2016
Международное право о применении государством военной силы против негосударственных участников

№ 2 (93) 2016
Международное право и доктрина США о превентивной самообороне

№ 1 (92) 2016 Международное право о самообороне государств

№ 11 (90) 2015 Международное право о принципе неприменения силы
или угрозы силой:теория и практика


№ 10 (89) 2015 Обеспечение мира и безопасности в Евразии
(Международно правовая оценка событий в Сирии)

Индексирование журнала

Баннер

Актуальная информация

Баннер
Баннер
Баннер

Дорога мира Вьетнама и России

Ирина Анатольевна Умнова (Конюхова) Зав. отделом конституционно-правовых исследований Российского государственного университета правосудия


Вступительное слово
Образ жизни Вьетнама
Лицом к народу
Красота по-вьетнамски
Справедливость и патриотизм Вьетнама
Дорогой мира вместе


ФОТО ОТЧЕТ
Copyright © 2007-2017 «Евразийский юридический журнал». Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции
Яндекс.Метрика